LinuxTurn pages
Śrīmad-Bhāgavatam · 2.6.17
॥
Devanāgarī
सो ऽमृतस्याभयस्येशो मर्त्यम् अन्नं यदत्यगात्
महिमैष ततो ब्रह्मन् पुरुषस्य दुरत्ययः
Transliteration (IAST)
so 'mṛtasyābhayasyeśo martyam annaṃ yadatyagāt
mahimaiṣa tato brahman puruṣasya duratyayaḥ
Word-by-word
SanskritIASTMeaning
सः अमृतस्य अभयस्य ईशःsaḥ amṛtasya abhayasya īśaḥОн владыка бессмертия и бесстрашия; тот господин неумирания и безопасности
मर्त्यम् अन्नम् यत् अत्यगात्martyam annam yat atyagātибо превзошёл смертное, что есть пища; поскольку вышел за пределы смертного, служащего снедью
महिमा एषः ततः ब्रह्मन्mahimā eṣaḥ tataḥ brahmanоттого и величие Его, о брахман; потому таково величие, почтенный
पुरुषस्य दुरत्ययःpuruṣasya duratyayaḥПуруши — непреодолимо; у Первочеловека — неодолимо
Translation
«Он владыка бессмертия и бесстрашия, ибо превзошёл смертное, что служит пищей; оттого и величие Пуруши непреодолимо, о брахман.
Version
e3b5018fc9c6 · published Aug 13, 2026, 11:00:00 PM UTC
Available inRUPage between verses with
Мартьям аннам — «смертное, которое есть пища». Всё умирающее названо кормом; и тот, кто вышел из этого разряда, перестал быть съедобным.
Мысль эта из «Тайттирия-упанишады», где мир описан как цепь поедающих и поедаемых. То же говорилось в сорок седьмом стихе тринадцатой главы первой песни: живое живёт живым.
Абхая — «бесстрашие». Оно поставлено рядом с бессмертием и объяснено тем же: боится тот, кого могут съесть.