То, от чего расцветает всякий доброжелатель — всеобщая любовь к Пандавам, «даже до детей», — обращает Дурьодхану в бледность. Знаменательно, что мера всеобщего благоволения к праведным есть и мера муки завистника: чем шире их слава, тем глубже его болезнь. Стих учит, что зависть лишает самого блага жизни: завистник вянет там, где другие цветут, и хиреет от того, чем мир радуется. И бледность его — телесный знак внутреннего истощения: злоба, питаясь чужим счастьем, пожирает прежде всего своего носителя. Кто не способен любить, тот наказан самою неспособностью — она иссушает его изнутри.