За жаждою «той многобогатой залы» обнажается корень умысла — алчность к чужому. Знаменательно, что предмет вожделения — именно та сабха, где Дурьодхана был осмеян: уязвлённая гордыня хочет завладеть тем, что её унизило. Стих учит, что зависть и алчность — близнецы: не имея покоя от чужого блага, душа жаждет присвоить его. Но захваченное завистью не приносит радости — Дурьодхана и сабху возжелает, и в ней не обретёт счастья, ибо счастье обитало не в хрустале, а в добродетели хозяев. Кто гонится за плодами чужой праведности, не стяжав её корня, схватит лишь пустую оболочку.