Лукавый советчик начинает с полуправды: Пандавы-де вкушают «лишь свою долю». Знаменательно, что в устах Шакуни и верное слово служит злу: он признаёт их защищённость свыше — «хранимые долею», — не чтобы смириться пред нею, а чтобы измыслить обход. Стих учит распознавать коварство, что облекается в рассудительность: дурной наставник не спорит с очевидным, но искусно поворачивает его к своей цели. И само признание, что прежние козни сорвались, ибо Пандавов «хранит доля», должно бы остеречь — но злоба не вразумляется уроком, а лишь ищет нового пути к тому же греху.