Царь сказал: «Сын мой, дитя пяти лет, великий провидец, изгнан мною вместе с матерью — мною, подвластным жене и безжалостным, о брахман. Уж не съели ли волки в лесу того беззащитного ребёнка — усталого, спящего, голодного, с увядшим лотосом лица? О, право, рассуди моё злодушие, — я, побеждённый женою, наихудший, не приветил того, кто с любовью хотел взобраться ко мне на колени».