Махабхарата · 7.32.20–21
॥
Деванагари
वयं परमसंहृष्टाः पाण्डवाः शोककर्शिताः ॥
सौभद्रे निहते राजन्न् अवहारम् अकुर्वत ॥
धृतराष्ट्र उवाच
पुत्रं पुरुषसिंहस्य संजयाप्राप्तयौवनम् ॥
रणे विनिहतं श्रुत्वा भृशं मे दीर्यते मनः ॥
Транслитерация (IAST)
vayaṃ paramasaṃhṛṣṭāḥ pāṇḍavāḥ śokakarśitāḥ ||
saubhadre nihate rājann avahāram akurvata ||
dhṛtarāṣṭra uvāca
putraṃ puruṣasiṃhasya saṃjayāprāptayauvanam ||
raṇe vinihataṃ śrutvā bhṛśaṃ me dīryate manaḥ ||
Пословный перевод
СанскритIASTЗначение
वयम्vayamмы; мы
परमसंहृष्टाःparamasaṃhṛṣṭāḥкрайне обрадованные; крайне обрадованные
पाण्डवाःpāṇḍavāḥПандавы; [а] Пандавы
शोककर्शिताःśokakarśitāḥизмождённые горем; измождённые горем
सौभद्रेsaubhadre[когда] сын Субхадры [Абхиманью]; [когда] сын Субхадры
निहतेnihate[когда] убит [сражён]; [был] сражён
राजन्rājanо царь; о государь
अवहारम्avahāramотход [отступление]; отход
अकुर्वतakurvataсовершили [сделали]; совершили
पुत्रम्putramсына; [о] сыне
पुरुषसिंहस्यpuruṣasiṃhasyaмужа-льва [Арджуны]; мужа-льва [Арджуны]
संजयsaṃjayaо Санджая; о Санджая
अप्राप्तयौवनम्aprāptayauvanamне достигшего ещё юности [отрока]; не достигшего ещё юности
रणेraṇeв битве; в бою
विनिहतम्vinihatamсражённого [убитого]; сражённого
श्रुत्वाśrutvāуслышав; услышав
भृशम्bhṛśamсильно [крепко]; крепко
मेmeмоё [у меня]; у меня
दीर्यतेdīryateразрывается [рвётся]; рвётся
मनःmanaḥсердце [ум]; сердце
Литературный перевод
«Мы [были] крайне обрадованы, а Пандавы, измождённые горем, когда был сражён сын Субхадры, о государь, совершили отход. Услышав о сыне мужа-льва [Арджуны], о Санджая, не достигшем ещё юности, сражённом в бою, крепко рвётся у меня сердце».
Версия
0aca8192d9e1 · опубликовано 19 июл. 2026 г., 15:22:09 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Даже Дхритараштра, отец врагов Пандавов, у которого «сердце рвётся» при вести о гибели Абхиманью, — отрока, «не достигшего ещё юности». Так являет себя, что есть скорбь, превосходящая вражду: гибель ребёнка трогает и сердце противника. Знаменательно, что предание вкладывает это горе в уста того, кому победа над Пандавами выгодна, — иные злодеяния потрясают даже соучастника. Стих учит, что смерть дитяти есть скорбь, перед которой смолкает всякая вражда; что в человеке, как бы ни был он пристрастен, жива способность содрогнуться пред неправою гибелью невинного; и что совесть, заглушённая выгодою и любовью к сыну, всё же подаёт голос там, где злодейство переходит последнюю черту — убийство отрока многими мужами.