Mahabharata · 13.1.24
॥
Devanāgarī
गौतम्य् उवाच
नास्मिन् हते पन्नगे पुत्रको मे; संप्राप्स्यते लुब्धक जीवितं वै ॥
गुणं चान्यं नास्य वधे प्रपश्ये; तस्मात् सर्पं लुब्धक मुञ्च जीवम् ॥
Transliteration (IAST)
gautamy uvāca
nāsmin hate pannage putrako me; saṃprāpsyate lubdhaka jīvitaṃ vai ||
guṇaṃ cānyaṃ nāsya vadhe prapaśye; tasmāt sarpaṃ lubdhaka muñca jīvam ||
Word-by-word
SanskritIASTMeaning
न अस्मिन् हते पन्नगेna asmin hate pannageне от убиения этого змея
पुत्रकः मे संप्राप्स्यतेputrakaḥ me saṃprāpsyateсынок мой обретёт ли
लुब्धक जीवितं वैlubdhaka jīvitaṃ vaiо охотник, жизнь
गुणं च अन्यंguṇaṃ ca anyaṃи иной пользы
न अस्य वधे प्रपश्येna asya vadhe prapaśyeв его убиении не вижу
तस्मात् सर्पं लुब्धक मुञ्च जीवम्tasmāt sarpaṃ lubdhaka muñca jīvamпотому змея, охотник, отпусти живым
Translation
Гаутами сказала: «Не от убиения этого змея обретёт ли мой сынок жизнь, о охотник? И никакой иной пользы в его умерщвлении не вижу; потому, охотник, отпусти змея живым».
Version
2fd45b32ea49 · published Jun 20, 2026, 7:00:00 PM UTC
Available inRUPage between verses with
Гаутами возвращает спор к простой и неотразимой правде: смерть змея не воротит её сына. Месть бессильна над уже свершившимся; она не созидает, а лишь множит гибель. Знаменательно, что именно мать, имеющая наибольшее право на гнев, яснее всех зрит его тщету. В этом — прямое наставление скорбящему Юдхиштхире: казнью врагов мёртвых не вернуть, и в воздаянии нет той пользы, ради коей стоило бы отягчать душу.