नारायणाय साध्याय मनुर् इष्टाय धीमते ॥
यमाय प्राह भगवान् साध्यो नारायणो ऽच्युतः ॥
नाचिकेताय भगवान् आह वैवस्वतो यमः ॥
मार्कण्डेयाय वार्ष्णेय नाचिकेतो ऽभ्यभाषत ॥
मार्कण्डेयान् मया प्राप्तं नियमेन जनार्दन ॥
तवाप्य् अहम् अमित्रघ्न स्तवं दद्म्य् अद्य विश्रुतम् ॥
स्वर्ग्यम् आरोग्यम् आयुष्यं धन्यं बल्यं तथैव च ॥
न तस्य विघ्नं कुर्वन्ति दानवा यक्षराक्षसाः ॥
पिशाचा यातुधानाश् च गुह्यका भुजगा अपि ॥
यः पठेत शुचिर् भूत्वा ब्रह्मचारी जितेन्द्रियः ॥
अभग्नयोगो वर्षं तु सो ऽश्वमेधफलं लभेत् ॥
nārāyaṇāya sādhyāya manur iṣṭāya dhīmate ||
yamāya prāha bhagavān sādhyo nārāyaṇo 'cyutaḥ ||
nāciketāya bhagavān āha vaivasvato yamaḥ ||
mārkaṇḍeyāya vārṣṇeya nāciketo 'bhyabhāṣata ||
mārkaṇḍeyān mayā prāptaṃ niyamena janārdana ||
tavāpy aham amitraghna stavaṃ dadmy adya viśrutam ||
svargyam ārogyam āyuṣyaṃ dhanyaṃ balyaṃ tathaiva ca ||
na tasya vighnaṃ kurvanti dānavā yakṣarākṣasāḥ ||
piśācā yātudhānāś ca guhyakā bhujagā api ||
yaḥ paṭheta śucir bhūtvā brahmacārī jitendriyaḥ ||
abhagnayogo varṣaṃ tu so 'śvamedhaphalaṃ labhet ||
«Нараяне Садхье — Ману, возлюбленному, мудрому; Яме поведал Господь Садхья Нараяна Ачьюта; Начикете сказал Господь Вайвасвата Яма; Маркандее, о Варшнея, Начикета изрёк. От Маркандеи мною обретено, чрез обуздание, о Джанардана; тебе тоже я, о сразитель недругов, хваление даю ныне прославленное. Тому препятствия не творят данавы, якши, ракшасы, пишачи и ятудханы, гухьяки и змии тоже. Кто читал бы, чистым став, целомудренный, обуздавший чувства, с неразрывным сосредоточением год, — тот плод ашвамедхи обретёт».
04c9c4c5cffe · publicado 20 jun 2026, 20:20:00 UTC
Disponible enRUPasa de verso en verso con
Цепь предания доходит до Маркандеи и от него — к Упаманью, а ныне к Самому Кришне: так гимн нисходит, не прерываясь, от века к веку. Знаменательно, что и Кришне он передаётся «по получении», в смиренном русле ученичества — воплощённый Господь приемлет святое слово, как приемлет его ученик. И обетование плода — защита от всех тёмных сил и заслуга ашвамедхи годичному чтецу — венчает гимн не корыстью, а напоминанием: Имя Господа есть и ограда, и величайшая жертва, и путь, отверзаемый чистому и обузданному сердцу.