ततः श्वेतहयः कृष्णम् अब्रवीद् अजितं जयः ॥
एष मां भ्रातृभिः सार्धं सुशर्माह्वयते ऽच्युत ॥
दीर्यते चोत्तरेणैतत् सैन्यं नः शत्रुसूदन ॥
द्वैधीभूतं मनो मे ऽद्य कृतं संशप्तकैर् इदम् ॥
किं नु संशप्तकान् हन्मि स्वान् रक्षाम्य् अहितार्दितान् ॥
इति मे त्वं मतं वेत्थ तत्र किं सुकृतं भवेत् ॥
tataḥ śvetahayaḥ kṛṣṇam abravīd ajitaṃ jayaḥ ||
eṣa māṃ bhrātṛbhiḥ sārdhaṃ suśarmāhvayate 'cyuta ||
dīryate cottareṇaitat sainyaṃ naḥ śatrusūdana ||
dvaidhībhūtaṃ mano me 'dya kṛtaṃ saṃśaptakair idam ||
kiṃ nu saṃśaptakān hanmi svān rakṣāmy ahitārditān ||
iti me tvaṃ mataṃ vettha tatra kiṃ sukṛtaṃ bhavet ||
Тогда [воин] на белых конях, Джая, молвил непобедимому Кришне: «Вот этот Сушарман с братьями зовёт меня на бой, о Ачьюта. А на севере крушится это наше войско, о губитель врагов. Раздвоенным стало ныне сердце моё, [учинённое] самшаптаками: то ли мне разить самшаптаков, то ли хранить своих, терзаемых недругами? Ты ведаешь моё помышление — что здесь было бы благим?»
db9710378754 · опубликовано 19 июл. 2026 г., 15:11:21 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Вновь сердце Арджуны «раздвоено» — и теперь он не решает один, но вопрошает Кришну: «что было бы благим?». В этом — высшая мудрость преданного: в час колебания обратиться к Господу за указанием. Знаменательно, что муж величайшей доблести не стыдится спросить совета, признавая, что Кришна «ведает его помышление» лучше его самого. Стих учит, что и сильнейший не всегда видит ясно, что благо, и тогда должно искать высшего водительства; что обратиться в недоумении к Господу есть не слабость, а вершина разумения; и что преданный, вверяющий свой выбор Тому, кто ведает сердце, не остаётся в раздвоении, но обретает в Его указании твёрдую опору, какой не даёт собственное мятущееся рассуждение.