यत् तदानामयज् जिष्णुर् भरतानाम् अपायिनाम् ॥
धनुः क्षेमकरं संख्ये द्विषताम् अश्रुवर्धनम् ॥
तद् एव तव पुत्रस्य राजन् दुर्द्यूतदेविनः ॥
कृते क्षत्रविनाशाय धनुर् आयच्छद् अर्जुनः ॥
तथा विक्षोभ्यमाणा सा पार्थेन तव वाहिनी ॥
व्यदीर्यत महाराज नौर् इवासाद्य पर्वतम् ॥
yat tadānāmayaj jiṣṇur bharatānām apāyinām ||
dhanuḥ kṣemakaraṃ saṃkhye dviṣatām aśruvardhanam ||
tad eva tava putrasya rājan durdyūtadevinaḥ ||
kṛte kṣatravināśāya dhanur āyacchad arjunaḥ ||
tathā vikṣobhyamāṇā sā pārthena tava vāhinī ||
vyadīryata mahārāja naur ivāsādya parvatam ||
Тот лук, что Джишну тогда согнул [ради] гибнущих Бхаратов, — лук, несущий благо в бою, а недругам умножающий слёзы, — тот самый лук, о государь, по вине твоего сына, нечестного игрока, на погибель кшатриев Арджуна натягивал. Так сотрясаемая Партхою, та твоя рать раскололась, о великий государь, точно ладья, наскочившая на скалу.
5e0e352f6164 · опубликовано 19 июл. 2026 г., 15:11:21 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Санджая прямо называет виновника всеобщей гибели: «по вине твоего сына, нечестного игрока». Лук Арджуны, по природе «несущий благо», обращён в орудие истребления кшатриев — но не по злому умыслу, а по необходимости, в которую вверг всех обман в игре. Образ ладьи, разбитой о скалу, являет, сколь хрупка громада войска пред единою твёрдою силой. Стих учит, что корень великих бедствий — в неправде, посеянной однажды: нечестная игра Дурьодханы влечёт за собою погибель целого сословия; что и благое по природе оружие становится орудием смерти, когда неправда не оставляет иного пути; и что вина за пролитую кровь лежит прежде всего на том, кто сеял несправедливость, а не на том, кто принуждён ей противостать.