Санджая
निहत्य तं पार्थिवपुत्रपौत्रं; रणे यदूनाम् ऋषभस् तरस्वी ॥
मुदा समेतः परया महात्मा; रराज राजन् सुरराजकल्पः ॥
ततो ययाव् अर्जुनम् एव येन; निवार्य सैन्यं तव मार्गणौघैः ॥
सदश्वयुक्तेन रथेन निर्याल्; लोकान् विसिस्मापयिषुर् नृवीरः ॥
तत् तस्य विस्मापयनीयम् अग्र्यम्; अपूजयन् योधवराः समेताः ॥
यद् वर्तमानान् इषुगोचरे ऽरीन्; ददाह बाणैर् हुतभुग् यथैव ॥
nihatya taṃ pārthivaputrapautraṃ; raṇe yadūnām ṛṣabhas tarasvī ||
mudā sametaḥ parayā mahātmā; rarāja rājan surarājakalpaḥ ||
tato yayāv arjunam eva yena; nivārya sainyaṃ tava mārgaṇaughaiḥ ||
sadaśvayuktena rathena niryāl; lokān visismāpayiṣur nṛvīraḥ ||
tat tasya vismāpayanīyam agryam; apūjayan yodhavarāḥ sametāḥ ||
yad vartamānān iṣugocare 'rīn; dadāha bāṇair hutabhug yathaiva ||
размер не определён
Сразив того, царя сына [и] внука, в битве, стремительный бык Яду, охваченный высшею радостью, великий духом, сиял, о царь, [как] царь богов. Затем пошёл [туда], где Арджуна, сдержав войско твоё потоками стрел, [на] добрыми конями запряжённой колеснице выехал муж-герой, желая изумить миры. То его изумительное, высшее [деяние] восславили собравшиеся лучшие воины — что пребывающих [в] досягаемости стрел врагов он сжёг стрелами, как огонь.
297f47b8644c · опубликовано 19 июл. 2026 г., 16:08:02 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Сатьяки сияет «surarājakalpaḥ», как царь богов, и идёт дальше — к Арджуне: цель его неизменна. Восхваляют его «yodhavarāḥ sametāḥ», собравшиеся воины [обеих сторон]. Знаменательно, что тот, кто назвал себя лишь орудием, увенчан хвалою как богоравный. Стих учит, что слава нисходит на смиренного: кто отрёкся от заслуги ради Господа, того превозносят и враги, ибо умаливший себя пред Богом возвышается пред людьми, и величие его — отсвет Того, чьим орудием он себя признал.