Санджая
अथान्यद् धनुर् आदाय पुत्रस् तव जनेश्वर ॥
सात्यकिं दशभिर् विद्ध्वा सिंहनादं ननाद ह ॥
सात्यकिस् तु रणे क्रुद्धो मोहयित्वा सुतं तव ॥
शरैर् अग्निशिखाकारैर् आजघान स्तनान्तरे ॥
सर्वायसैस् तीक्ष्णवक्त्रैर् अष्टाभिर् विव्यधे पुनः ॥
दुःशासनस् तु विंशत्या सात्यकिं प्रत्यविध्यत ॥
सात्वतो ऽपि महाराज तं विव्याध स्तनान्तरे ॥
त्रिभिर् एव महावेगैः शरैः संनतपर्वभिः ॥
athānyad dhanur ādāya putras tava janeśvara ||
sātyakiṃ daśabhir viddhvā siṃhanādaṃ nanāda ha ||
sātyakis tu raṇe kruddho mohayitvā sutaṃ tava ||
śarair agniśikhākārair ājaghāna stanāntare ||
sarvāyasais tīkṣṇavaktrair aṣṭābhir vivyadhe punaḥ ||
duḥśāsanas tu viṃśatyā sātyakiṃ pratyavidhyata ||
sātvato 'pi mahārāja taṃ vivyādha stanāntare ||
tribhir eva mahāvegaiḥ śaraiḥ saṃnataparvabhiḥ ||
Затем, взяв другой лук, сын твой, о владыка людей, пронзив Сатьяки десятью, издал львиный рык. А Сатьяки, разгневанный в битве, сбив с толку твоего сына, поразил [его в] грудь стрелами, [как] языки пламени. Духшасана же пронзил Сатьяки в ответ двадцатью, а Сатвата, о великий царь, пронзил его [в] грудь.
ce13087e0379 · опубликовано 19 июл. 2026 г., 16:08:02 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Бой идёт грудь в грудь, удар за удар: оба не уступают. Но Сатьяки бьётся, помня цель, а Духшасана — из уязвлённой злобы. Знаменательно, что внешне равная схватка разнится по духу бьющихся. Стих учит, что одинаковость ударов не равняет сердец: один разит во исполнение долга, другой — из мстительной ярости, и хотя стрелы их схожи, различен исход, ибо его решает не сила руки, а правда дела.