Санджая
तस्मिंस् तु विवरे राजन् नाराचान् गार्ध्रवाससः ॥
प्राहिणोत् सूतपुत्राय भीमसेनश् चतुर्दश ॥
ते तस्य कवचं भित्त्वा स्वर्णपुङ्खा महौजसः ॥
हेमचित्रा महाराज द्योतयन्तो दिशो दश ॥
अपिबन् सूतपुत्रस्य शोणितं रक्तभोजनाः ॥
क्रुद्धा इव मनुष्येन्द्र भुजगाः कालचोदिताः ॥
प्रसर्पमाणा मेदिन्यां ते व्यरोचन्त मार्गणाः ॥
अर्धप्रविष्टाः संरब्धा बिलानीव महोरगाः ॥
tasmiṃs tu vivare rājan nārācān gārdhravāsasaḥ ||
prāhiṇot sūtaputrāya bhīmasenaś caturdaśa ||
te tasya kavacaṃ bhittvā svarṇapuṅkhā mahaujasaḥ ||
hemacitrā mahārāja dyotayanto diśo daśa ||
apiban sūtaputrasya śoṇitaṃ raktabhojanāḥ ||
kruddhā iva manuṣyendra bhujagāḥ kālacoditāḥ ||
prasarpamāṇā medinyāṃ te vyarocanta mārgaṇāḥ ||
ardhapraviṣṭāḥ saṃrabdhā bilānīva mahoragāḥ ||
Но [в] тот просвет, о царь, Бхимасена метнул [в] сына суты четырнадцать нарачей [с] оперением грифа. Они, пробив его броню, [с] золотым оперением, могучие, золотом узорные, о великий царь, озаряя десять сторон [света], пили кровь сына суты, кровью питающиеся, словно разгневанные змеи, Временем понуждаемые, о владыка людей. Ползущие [по] земле, те стрелы блистали, наполовину вошедшие, разъярённые, словно большие змеи — [в] норы.
1124b5da9878 · опубликовано 19 июл. 2026 г., 16:17:34 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Стрелы, пьющие кровь и наполовину ушедшие в землю, как змеи в норы, гонимые Временем, — образ самой смерти, что находит просвет в чужой скорби. Знаменательно, что брешь открылась в тот самый миг, когда Карна оплакивал брата: горе, не отпустившее вовремя, выдаёт врагу. Стих учит, что на поле брани и святое чувство опасно промедлением; скорбь о павшем уместна, но война не щадит и скорбящего.