Санджая
स भीमस् त्रिभिर् आयस्तः सूतपुत्रं पतत्रिभिः ॥
सुपर्णवेगैर् विव्याध सारथिं चास्य सप्तभिः ॥
स विह्वलो महाराज कर्णो भीमबलार्दितः ॥
प्राद्रवज् जवनैर् अश्वै रणं हित्वा महायशाः ॥
भीमसेनस् तु विस्फार्य चापं हेमपरिष्कृतम् ॥
आहवे ऽतिरथो ऽतिष्ठज् ज्वलन्न् इव हुताशनः ॥
sa bhīmas tribhir āyastaḥ sūtaputraṃ patatribhiḥ ||
suparṇavegair vivyādha sārathiṃ cāsya saptabhiḥ ||
sa vihvalo mahārāja karṇo bhīmabalārditaḥ ||
prādravaj javanair aśvai raṇaṃ hitvā mahāyaśāḥ ||
bhīmasenas tu visphārya cāpaṃ hemapariṣkṛtam ||
āhave 'tiratho 'tiṣṭhaj jvalann iva hutāśanaḥ ||
Бхима, напрягшись, пронзил сына суты тремя оперёнными [стрелами] стремительными, как Гаруда, и возницу его — семью. Он, смятенный, о великий царь, Карна, измученный мощью Бхимы, бежал [на] быстрых конях, покинув битву, многославный. Бхимасена же, натянув лук, золотом отделанный, стоял [в] битве, атиратха, словно пылающий огонь.
a3709b28d523 · опубликовано 19 июл. 2026 г., 16:17:34 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Грозный Карна, измученный, покидает поле — а Бхима стоит, как пылающее пламя: чем держится воин, тем и крепок, и дело правое даёт силу стоять, когда неправое велит бежать. Знаменательно, что бегство названо при «mahāyaśāḥ», многославном: и слава не удерживает на поле того, чью опору подсекли. Стих учит, что верх в брани берёт не одна мощь, но твёрдость, рождённая правотою; кто стоит за правду, тот стоит и тогда, когда сильнейший отступает.