Дурьодхана
न हीदानीं सहाया मे परीप्सन्त्य् अनुपस्कृताः ॥
श्रेयो हि पाण्डून् मन्यन्ते न तथास्मान् महाभुज ॥
स्वयं हि मृत्युर् विहितः सत्यसंधेन संयुगे ॥
भवान् उपेक्षां कुरुते सुशिष्यत्वाद् धनंजये ॥
अतो विनिहताः सर्वे ये ऽस्मज्जयचिकीर्षवः ॥
कर्णम् एव तु पश्यामि संप्रत्य् अस्मज्जयैषिणम् ॥
na hīdānīṃ sahāyā me parīpsanty anupaskṛtāḥ ||
śreyo hi pāṇḍūn manyante na tathāsmān mahābhuja ||
svayaṃ hi mṛtyur vihitaḥ satyasaṃdhena saṃyuge ||
bhavān upekṣāṃ kurute suśiṣyatvād dhanaṃjaye ||
ato vinihatāḥ sarve ye 'smajjayacikīrṣavaḥ ||
karṇam eva tu paśyāmi saṃpraty asmajjayaiṣiṇam ||
«Ибо ныне мои соратники, невознаграждённые, не радеют [за меня]; ведь Панду они считают достойнее, а нас — не так, о мощнорукий. Ведь сама смерть [нам] назначена верным обету [Арджуною] [в] схватке, [а] ты являешь нерадение [из] любви [к] доброму ученику Дхананджае. Оттого погублены все, кто желал нашей победы; лишь Карну я вижу ныне ищущим нашей победы».
1d9f399cd847 · опубликовано 19 июл. 2026 г., 16:31:38 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Здесь — горький, несправедливый упрёк: Дурьодхана винит Дрону в потворстве Арджуне «из любви к ученику». Знаменательно, что в отчаянии он подозревает измену даже в наставнике, отдавшем всё его делу. Стих учит, что отчаяние неправого ищет виновных среди верных; и тот, кто сам навлёк беду, в горе своём оскорбляет подозрением тех, кто служил ему до конца, не умея признать, что причина — в нём, а не в их нерадении.