Санджая
मध्यंदिनगतं सूर्यं प्रतपन्तं गभस्तिभिः ॥
तथा तव सुतं मध्ये प्रतपन्तं शरोर्मिभिः ॥
न शेकुर् भारतं युद्धे पाण्डवाः समवेक्षितुम् ॥
पलायने कृतोत्साहा निरुत्साहा द्विषज्जये ॥
पर्यधावन्त पाञ्चाला वध्यमाना महात्मना ॥
रुक्मपुङ्खैः प्रसन्नाग्रैस् तव पुत्रेण धन्विना ॥
अर्द्यमानाः शरैस् तूर्णं न्यपतन् पाण्डुसैनिकाः ॥
madhyaṃdinagataṃ sūryaṃ pratapantaṃ gabhastibhiḥ ||
tathā tava sutaṃ madhye pratapantaṃ śarormibhiḥ ||
na śekur bhārataṃ yuddhe pāṇḍavāḥ samavekṣitum ||
palāyane kṛtotsāhā nirutsāhā dviṣajjaye ||
paryadhāvanta pāñcālā vadhyamānā mahātmanā ||
rukmapuṅkhaiḥ prasannāgrais tava putreṇa dhanvinā ||
ardyamānāḥ śarais tūrṇaṃ nyapatan pāṇḍusainikāḥ ||
[Как] полуденное солнце, палящее лучами, — так и твоего сына, посреди [боя] палящего волнами стрел, не могли Пандавы [в] битве на [него], Бхарату, взглянуть, склонившиеся [к] бегству, безнадёжные одолеть врага. Разбегались Панчалы, истребляемые великим душою, [стрелами] [c] золотым оперением, [c] ясными остриями, твоим сыном-лучником.
b8edda067c2c · опубликовано 19 июл. 2026 г., 16:31:38 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Дурьодхана сияет, как полуденное солнце, и Пандавы не могут на него взглянуть: отрешённый от жизни обрёл блеск, какого не знал в дни упования на победу. Знаменательно, что та же мощь, что прежде была бессильна, ныне грозна — ибо к ней прибавилась бесстрашная решимость. Стих учит, что страх за жизнь умаляет силу, а отрешённость от неё умножает; и человек, переставший дорожить собою, разгорается грозно, как светило, пусть и в неправом деле.