Ты увидел омут дочери Солнца — обиталище сонма змей, чьё касание губит мир, где живут твари, недоступные даже Гаруде, где лотосы сожжены огнём яда; радостно и гордо взобрался на кадамбу, растущую на его берегу; ничуть не устрашившись свирепого змея, прыгнул оттуда — тяжкий — и расплескал на сотню луков вокруг воду, полную пылающего огня яда; прибежище праведных, ты вздымал руками громаду вод; тебя, явившего детские повадки, обвил взревевший змей Калия, разъярённый, сжигающий мир, с жуткими капюшонами, страшными взглядами и алым блеском самоцветов; тебя увидели все пастухи коров с жёнами, стариками и детьми — пришедшие в жгучей скорби от дивных знамений, в спадающих одеждах, с горестным криком, удержанные наставлением Баларамы от прыжка в омут, но снова и снова удручённые болью; а ты с улыбкой на лице унизил змея, отбросил сжимающие кольца, развеял скорбь сонма друзей, принял повадку царя птиц, явил грозную сверкающую доблесть, одолел змея-слона, желтеющего от самоцветов на головах, играючи прыжком взошёл на двор его капюшонов и исполнил дивную пляску; тебя, дивного мальчика, чей праздник сопровождали многие небожители с Брахмой и Шивой, обрадованные усмирением злодея и сыплющие цветы, воспевали в небе; и когда женщины радостно воскликнули: «Подруга, владычица Враджа, взгляни добрым взглядом на своего сына, что с упоением пляшет перед тобою — по-детски резвый, с бегающими глазами, в ожерелье на прекрасном теле, сокрушающий гордость змея, с дивными движениями рук, качая головой в игре, с раскрывающимся бутоном улыбки, с колышущимся шнурком на шее!» — Яшода, услышав, радостно взглянула на тебя; суровый к злодеям, венец красоты Ананги, ты снова и снова прыгал по сонму капюшонов, и тебя восхваляли жёны змея; тогда, милостивый сердцем, ты даровал владыке змей бесстрашие; они тотчас почтили тебя, умастили бесценными благовониями; с белыми лилиями у ушей, не грозный для змеиного рода, отрада своих родных, ты поклонился стопам старших, и мать от радости без промедления зацеловала тебя, — слава тебе, Господь, сокровищница милосердия, океан самоцветов-игр, пресекатель потока горя склонённых, будь милостив ко мне, Извечный! Дамодара, змей моего ума с тучными кольцами жалит людей злыми клыками желаний и мучает их кривыми изгибами; укротитель клобуконосцев, попирая его, наложи на него знак пары своих лотосных стоп и накажи его своими плясками. (Размер «Венец Ананги».)