Brahma-saṁhitā · 5.33
॥
Devanāgarī
अद्वैतम् अच्युतम् अनादिम् अनन्त-रूपम् आद्यं पुराण-पुरुषं नव-यौवनं च वेदेषु दुर्लभम् अदुर्लभम् आत्म-भक्तौ गोविन्दम् आदि-पुरुषं तम् अहं भजामि
Transliteration (IAST)
advaitam acyutam anādim ananta-rūpam ādyaṃ purāṇa-puruṣaṃ nava-yauvanaṃ ca vedeṣu durlabham adurlabham ātma-bhaktau govindam ādi-puruṣaṃ tam ahaṃ bhajāmi
Word-by-word
SanskritIASTMeaning
अद्वैतम् अच्युतम्advaitam acyutamнедвойственного, непадшего; не имеющего второго, неколебимого
अनादिम् अनन्त-रूपम्anādim ananta-rūpamбезначального, бесконечного обликами; не имеющего начала, чьи образы без числа
आद्यं पुराण-पुरुषंādyaṃ purāṇa-puruṣaṃпервого, древнего Пурушу; изначального, ветхого днями Мужа
नव-यौवनं चnava-yauvanaṃ caи вечно юного; и пребывающего в новой юности
वेदेषु दुर्लभम्vedeṣu durlabhamтруднодостижимого в Ведах; с трудом обретаемого в писаниях
अदुर्लभम् आत्म-भक्तौadurlabham ātma-bhaktauлегко обретаемого в чистой преданности; нетрудно достижимого в бхакти души
गोविन्दम् आदि-पुरुषंgovindam ādi-puruṣaṃГовинду, изначального Пурушу; Говинду, первого Мужа
तम् अहं भजामिtam ahaṃ bhajāmiЕму я поклоняюсь; Его я почитаю
Translation
Недвойственному и непадшему, безначальному и бесконечному обликами, первому, древнему Пуруше — и вечно юному; труднодостижимому в Ведах и легко обретаемому в чистой преданности, — Говинде, изначальному Пуруше, я поклоняюсь.
Version
06a9ec983dda · published Jul 29, 2026, 3:46:59 PM UTC
Available inRUPage between verses with
Стих составлен из противоречий, и они здесь не украшение, а способ сказать.
Advaitam — «недвойственный»: у Него нет второго. И тут же ananta-rūpam — «бесконечнообразный»: обликов без числа. Одно не отменяет другого, потому что множество обликов не делает Его многими.
Ādyaṃ purāṇa-puruṣaṃ nava-yauvanaṃ ca — «первый, древний Пуруша — и новая юность». Это самая известная пара в стихе. Древнее всего и моложе всех: возраст к Нему не прилагается ни в ту, ни в другую сторону.
Замечу acyutam — «непадший, неоступный». Имя это в вайшнавской словесности одно из главных: acyuta — тот, кто никогда не отступает от Своего.
И последняя строка, ради которой стих чаще всего и приводят: vedeṣu durlabham adurlabham ātma-bhaktau — «труднодостижимый в Ведах, нетрудно достижимый в чистой преданности».
Сказано это не против Вед. Двадцать восьмой стих только что назвал сам гимн «сутью Веды», а двадцать седьмой — вывел гаятри из Его флейты. Речь о другом: изучение и достижение — разные вещи.
Ātma-bhakti — «преданность души», то есть преданность, идущая от себя самого, а не от расчёта. В ней Он назван adurlabha — «нетруднодостижимым».
Последнее слово стои́т удержать. Не «доступный», не «лёгкий»: не-трудный. Отрицание снимает трудность, а не обещает лёгкость.