Радха
नायातः सखि निर्दयो यदि शठस् त्वं दूति किं दूयसे स्वच्छन्दं बहुवल्लभः स रमते किं तत्र ते दूषणम् ।
पश्याद्य प्रियसङ्गमाय दयितस्याकृष्यमाणं गुणैर् उत्कण्ठार्तिभराद् इव स्फुटद् इदं चेतः स्वयम् यास्यति
nāyātaḥ sakhi nirdayo yadi śaṭhas tvaṃ dūti kiṃ dūyase svacchandaṃ bahu-vallabhaḥ sa ramate kiṃ tatra te dūṣaṇam |
paśyādya priya-saṅgamāya dayitasyākṛṣyamāṇaṃ guṇair utkaṇṭhārti-bharād iva sphuṭad idaṃ cetaḥ svayam yāsyati
Не пришёл безжалостный плут, подруга, — но ты-то, посланница, зачем терзаешься? Привольно наслаждается он, многим милый; какая в том твоя вина? Смотри же: вот это сердце, влекомое достоинствами любимого, словно разрываясь от тяжести муки томления, само пойдёт ныне на соединение с милым.
000000000000 · publicado 1 ene 1970, 0:00:00 UTC
Disponible enRUPasa de verso en verso con
Радха приходит в себя и первое, что делает, — снимает вину с подруги. В 7.4 та была обманщицей; здесь сказано прямо: kiṃ tatra te dūṣaṇam, «какая в том твоя вина?».
Слово guṇa значит и «достоинство», и «верёвка». Сердце guṇair ākṛṣyamāṇam, «влекомое достоинствами», — то есть буквально притянутое на верёвках. Ревность кончилась там, где признана эта тяга.
Глагол поставлен в будущем времени и без всякой помощи: svayam yāsyati, «само пойдёт». Пятая сарга посылала Её и не послала, шестая показала, что Она не может идти; здесь Она решает идти сама — и решает это не Она, а сердце.