Махабхарата · 7.21.28–29
॥
Деванагари
संजय उवाच
राधेयस्य वचः श्रुत्वा राजा दुर्योधनस् तदा ॥
भ्रातृभिः सहितो राजन् प्रायाद् द्रोणरथं प्रति ॥
तत्रारावो महान् आसीद् एकं द्रोणं जिघांसताम् ॥
पाण्डवानां निवृत्तानां नानावर्णैर् हयोत्तमैः ॥
Транслитерация (IAST)
saṃjaya uvāca
rādheyasya vacaḥ śrutvā rājā duryodhanas tadā ||
bhrātṛbhiḥ sahito rājan prāyād droṇarathaṃ prati ||
tatrārāvo mahān āsīd ekaṃ droṇaṃ jighāṃsatām ||
pāṇḍavānāṃ nivṛttānāṃ nānāvarṇair hayottamaiḥ ||
Пословный перевод
СанскритIASTЗначение
राधेयस्यrādheyasyaРадхеи [Карны]; Радхеи [Карны]
वचःvacaḥслово [речь]; слово
श्रुत्वाśrutvāвыслушав; выслушав
राजा दुर्योधनःrājā duryodhanaḥцарь Дурьодхана; царь Дурьодхана
तदाtadāтогда; тогда
भ्रातृभिः सहbhrātṛbhiḥ sahaвместе с братьями; [вместе] с братьями
राजन्rājanо царь; о государь
प्रायात्prāyātдвинулся [направился]; двинулся
द्रोणरथम् प्रतिdroṇaratham pratiк колеснице Дроны; к колеснице Дроны
तत्रtatraтам; [там]
आरावःārāvaḥкрик [рёв]; рёв
महान्mahānвеликий; великий
आसीत्āsītподнялся [был]; поднялся
एकम्ekamодного; одного [лишь]
द्रोणम्droṇamДрону; Дрону
जिघांसताम्jighāṃsatāmжаждущих убить [рвущихся сразить]; [у тех,] кто рвался сразить
पाण्डवानाम्pāṇḍavānāmПандавов; Пандавов
निवृत्तानाम्nivṛttānāmворотившихся [обратившихся к бою]; повернувших навстречу
नानावर्णैःnānāvarṇaiḥразномастных; разномастных
हयोत्तमैःhayottamaiḥна отменных конях; на отменных конях
Литературный перевод
Выслушав слово Радхеи, царь Дурьодхана тогда, вместе с братьями, о государь, двинулся к колеснице Дроны. И там поднялся великий рёв у Пандавов, повернувших навстречу на отменных разномастных конях, — у тех, кто рвался сразить одного лишь Дрону.
Версия
324ae5c8b6ce · опубликовано 19 июл. 2026 г., 15:11:21 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Глава завершается стяжением всех сил к одной точке: и кауравы спешат к Дроне на защиту, и Пандавы рвутся к нему «жаждущие сразить одного лишь Дрону». Так судьба собирает воедино тех, кому суждено столкнуться. Знаменательно, что обе стороны устремлены к одному человеку — он стал средоточием битвы, на котором держится всё. Стих учит, что бывают часы, когда вся борьба сходится к единому средоточию, и от стойкости или падения одного зависит участь многих; что тот, на ком сосредоточена надежда своих и ненависть врагов, несёт бремя, какое не по силам никому; и что схождение всех сил к одной точке есть знак приближающейся развязки — недаром предание уже не раз провидело гибель Дроны в самый разгар его торжества.