Санджая
ये के चन गतास् तस्य समीपम् अपलायिनः ॥
न ते प्रतिन्यवर्तन्त समुद्राद् इव सिन्धवः ॥
महाग्राहगृहीतेव वातवेगभयार्दिता ॥
समकम्पत सा सेना विभ्रष्टा नौर् इवार्णवे ॥
अथ रुक्मरथो नाम मद्रेश्वरसुतो बली ॥
त्रस्ताम् आश्वासयन् सेनाम् अत्रस्तो वाक्यम् अब्रवीत् ॥
ye ke cana gatās tasya samīpam apalāyinaḥ ||
na te pratinyavartanta samudrād iva sindhavaḥ ||
mahāgrāhagṛhīteva vātavegabhayārditā ||
samakampata sā senā vibhraṣṭā naur ivārṇave ||
atha rukmaratho nāma madreśvarasuto balī ||
trastām āśvāsayan senām atrasto vākyam abravīt ||
Всякий, кто подходил к нему близко, неотступный, — те не возвращались, точно реки из моря. Точно схваченная великим крокодилом, терзаемая страхом пред бурею, содрогнулась та рать, разбитая, точно ладья в море. Тогда могучий, по имени Рукмаратха, сын владыки мадров, ободряя устрашённую рать, бесстрашный, молвил слово.
9fd432a8543b · опубликовано 19 июл. 2026 г., 15:30:03 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Кто подходит к отроку — «не возвращается, как реки из моря»: образ являет необратимость гибели, поглощающей всех, кто к нему приблизится. Рать дрожит «как ладья в буре» — страх объял множество. И всё же находится один бесстрашный, ободряющий others: даже в общем смятении не угасает мужество отдельных. Стих учит, что есть силы, поглощающие без возврата, как море — реки, и неразумен дерзающий к ним приближаться; что страх, как буря, способен сотрясти целое войско; но и что среди оробевших всегда найдётся тот, в ком твёрд дух, и он один пытается ободрить дрогнувших, — хотя, как покажет дальнейшее, и его отвага обратится против него самого.