Санджая
तान् निवार्यार्जुनिर् बाणैः क्राथपुत्रम् अथार्दयत् ॥
शरौघेणाप्रमेयेण त्वरमाणो जिघांसया ॥
सधनुर्बाणकेयूरौ बाहू समुकुटं शिरः ॥
छत्रं ध्वजं नियन्तारम् अश्वांश् चास्य न्यपातयत् ॥
कुलशीलश्रुतबलैः कीर्त्या चास्त्रबलेन च ॥
युक्ते तस्मिन् हते वीराः प्रायशो विमुखाभवन् ॥
tān nivāryārjunir bāṇaiḥ krāthaputram athārdayat ||
śaraugheṇāprameyeṇa tvaramāṇo jighāṃsayā ||
sadhanurbāṇakeyūrau bāhū samukuṭaṃ śiraḥ ||
chatraṃ dhvajaṃ niyantāram aśvāṃś cāsya nyapātayat ||
kulaśīlaśrutabalaiḥ kīrtyā cāstrabalena ca ||
yukte tasmin hate vīrāḥ prāyaśo vimukhābhavan ||
Отбив их стрелами, сын Арджуны затем теснил сына Кратхи несметным потоком стрел, стремительно, с рвением сразить. Обе руки его [сына Кратхи] — с луком, стрелами и запястьями, — голову с венцом, зонт, знамя, возницу и коней он сронил [наземь]. Когда тот, наделённый родовитостью, нравом, учёностью, силою, славою и мощью оружия, был сражён, витязи почти все сделались обращёнными вспять.
d06acfff1422 · опубликовано 19 июл. 2026 г., 15:30:04 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Сын Кратхи описан полнотою достоинств — род, нрав, учёность, сила, слава, искусство, — и всё это не спасает его от стрелы отрока. Так являет себя, что ни знатность, ни дарования не отвращают назначенного часа: смерть равняет всех, и совершенный сражён, как и простой. Знаменательно, что и здесь предание чтит павшего перечнем достоинств. Стих учит, что полнота даров — рода, ума, славы — не порука долголетия, ибо пред смертью все равны; что гибель достойнейшего особенно горька, но и она в порядке вещей; и что предание, венчая павшего перечнем его совершенств перед самою смертью, напоминает: ничто из того, чем красуется и гордится человек, не отсрочит его часа, и тем дороже должно быть не преходящее — род, слава, сила, — а то непреходящее, что смерть отнять не властна.