Дурьодхана
तथैव भीमसेनेन लोकः संवदते भृशम् ॥
कथं द्रोणो जितः संख्ये धनुर्वेदस्य पारगः ॥
नाश एव तु मे नूनं मन्दभाग्यस्य संयुगे ॥
यत्र त्वां पुरुषव्याघ्रम् अतिक्रान्तास् त्रयो रथाः ॥
एवं गते तु कृत्ये ऽस्मिन् ब्रूहि यत् ते विवक्षितम् ॥
यद् गतं गतम् एवेह शेषं चिन्तय मानद ॥
यत् कृत्यं सिन्धुराजस्य प्राप्तकालम् अनन्तरम् ॥
तद् ब्रवीतु भवान् क्षिप्रं साधु तत् संविधीयताम् ॥
tathaiva bhīmasenena lokaḥ saṃvadate bhṛśam ||
kathaṃ droṇo jitaḥ saṃkhye dhanurvedasya pāragaḥ ||
nāśa eva tu me nūnaṃ mandabhāgyasya saṃyuge ||
yatra tvāṃ puruṣavyāghram atikrāntās trayo rathāḥ ||
evaṃ gate tu kṛtye 'smin brūhi yat te vivakṣitam ||
yad gataṃ gatam eveha śeṣaṃ cintaya mānada ||
yat kṛtyaṃ sindhurājasya prāptakālam anantaram ||
tad bravītu bhavān kṣipraṃ sādhu tat saṃvidhīyatām ||
«Так же [о] Бхимасене мир толкует сильно: как Дрона побеждён в битве, [в] науке лука достигший предела? Верно, [это] моя погибель, злосчастного, в битве, [там,] где тебя, мужа-тигра, прошли три колесницы. [При] так обстоящем деле скажи, что тобою задумано [сказать]; что ушло, то ушло; [об] остатке помысли, о дарующий честь».
78e035abb939 · опубликовано 19 июл. 2026 г., 16:17:33 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Дурьодхана прозревает: «nāśa eva me nūnam» — это моя погибель. И всё же спохватывается: «yad gataṃ gatam eva, śeṣaṃ cintaya», что минуло — минуло, помысли об остальном. Знаменательно, что и в отчаянии он обращается к делу. Стих учит, что разумно не цепляться за невозвратное: о минувшем сокрушаться бесплодно, и трезвый, как бы ни горько было, обращает мысль к тому, что ещё можно спасти, — хотя бы и в неправом деле.