Санджая
रथानां च रणे राजन्न् अन्योन्यम् अभिधावताम् ॥
बभूव तुमुलः शब्दो मेघानां नदताम् इव ॥
द्रवतां सादिनां चैव गजानां च विशां पते ॥
अन्योन्यम् अभितो राजन् क्रूरम् आयोधनं बभौ ॥
पत्तीनां द्रवतां चैव पदशब्देन मेदिनी ॥
अकम्पत महाराज भयत्रस्तेव चाङ्गना ॥
रथा रथान् समासाद्य प्रद्रुता वेगवत्तरम् ॥
न्यगृह्णन् बहवो राजञ् शलभान् वायसा इव ॥
rathānāṃ ca raṇe rājann anyonyam abhidhāvatām ||
babhūva tumulaḥ śabdo meghānāṃ nadatām iva ||
dravatāṃ sādināṃ caiva gajānāṃ ca viśāṃ pate ||
anyonyam abhito rājan krūram āyodhanaṃ babhau ||
pattīnāṃ dravatāṃ caiva padaśabdena medinī ||
akampata mahārāja bhayatrasteva cāṅganā ||
rathā rathān samāsādya pradrutā vegavattaram ||
nyagṛhṇan bahavo rājañ śalabhān vāyasā iva ||
Равно и сыны твои окружили лучшего из дваждырождённых [Крипу] вместе с великим войском; и тогда вновь была битва. Колесниц в бою, о царь, мчавшихся друг на друга, стоял шумный гул, словно гремящих туч. Мчавшихся всадников и слонов, о владыка народов, друг на друга кругом, о царь, жестокой являлась сеча. И от топота ног мчавшихся пехотинцев земля содрогалась, о великий царь, словно дрожащая от страха женщина.
d358d585b416 · опубликовано 19 июл. 2026 г., 16:49:34 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Земля содрогается под топотом, «как женщина, дрожащая от страха»: сама твердь трепещет пред исступлением людей. Знаменательно это уподобление — не воину, а беззащитной деве: природа здесь не грозна, а испугана. Стих учит, что неистовство войны ужасает не только людей, но как бы и саму землю; и в этом образе содрогающейся, как от страха, тверди слышен немой укор человеку, чья распря сотрясает и оскверняет всё, что носит и кормит его.