स एव क्षोभको ब्रह्मन् क्षोभ्यश् च पुरुषोत्तमः स संकोचविकासाभ्यां प्रधानत्वे ऽपि च स्थितः ।
विकासाणुस्वरूपैश् च ब्रह्मरूपादिभिस् तथा व्यक्तस्वरूपश् च तथा विष्णुः सर्वेश्वरेश्वरः ।
गुणसाम्यात् ततस् तस्मात् क्षेत्रज्ञाधिष्ठितान् मुने गुणव्यञ्जनसंभूतिः सर्गकाले द्विजोत्तम ।
sa eva kṣobhako brahman kṣobhyaś ca puruṣottamaḥ sa saṃkocavikāsābhyāṃ pradhānatve 'pi ca sthitaḥ /
vikāsāṇusvarūpaiś ca brahmarūpādibhis tathā vyaktasvarūpaś ca tathā viṣṇuḥ sarveśvareśvaraḥ /
guṇasāmyāt tatas tasmāt kṣetrajñādhiṣṭhitān mune guṇavyañjanasaṃbhūtiḥ sargakāle dvijottama /
Он же, о брахман, и возмущающий, и возмущаемый — высший Муж; он пребывает и в состоянии первоосновы, сжимаясь и расширяясь. Он же — в обликах развёртывания и дробности, в облике Брахмы и прочих, и в облике проявленного: Вишну, владыка владык всего. И вот из того равновесия качеств, над которым стоит Знающий поле, в час творения происходит выступление качеств наружу, о лучший из дваждырождённых.
ed3bf6cfaed1 · 发布于 2026年8月22日 18:10:55 UTC
可用语言RU用方向键翻颂
Стих 31 стоит перечитать дважды, потому что он говорит вещь непривычную: он же и тот, кто волнует, и тот, кого волнуют. Только что мир был поделён на действующего и претерпевающего — а теперь оказывается, что это одно лицо.
Сравнение подобрать нетрудно: так спящий сам себя будит. Толчок приходит извне лишь на вид; на деле обе стороны — он.
Дальше сказано, что он пребывает «сжимаясь и расширяясь». Это описание самого дыхания мира: свернулся — растворение, развернулся — творение. Не два разных события, а два движения одного.
И последнее слово о начале: качества «выступают наружу». Они не появляются впервые — они были, но дремали в равновесии; теперь же выходят на свет, и с этого начинается всё разнообразие. «Знающий поле» — обычное имя для сознающего начала: поле — это природа, а знающий его — тот, кто её сознаёт.