«Бхавишья-пурана» — девятая из восемнадцати пуран, книга о том, что будет. Она заводится с прямого упрёка: царь Шатаника выслушивает перечень признанных смрити и отвергает его, потому что те служат трём сословиям и оставляют четвёртое ни с чем. Ради оставленного книга и пишется. Дальше идут солнечное служение и приход магов-брахманов (Брахма-парва), обеты и святые броды (Мадхьяма-парва) и обширный устав врат, дарения, экадаши и Карттики (Уттара-парва) — та часть, которую цитирует «Хари-бхакти-виласа». Здесь даётся санскритский текст, пословный разбор, литературный перевод и комментарий.
Четвёртая парва, Пратисарга, на Vedaword не публикуется. Наука датирует её XVIII–XIX веком: там поимённо названы Надир-шах, дворцы королевы Виктории и Калькутта, а Мухаммад выведен воплощением демона. Издавать это как слово Вьясы значило бы утверждать заведомо ложную датировку и распространять полемику против живых религий. Основания решения изложены в docs/sources/bhavishya-purana-source.md.
Любопытная подробность: в первой же главе книга сама признаётся, что разрослась «вновь пришли к возрастанию — через разные сказания», и называет себе цену в пятьдесят тысяч стихов, тогда как «Шримад-Бхагаватам» (12.13.6) отводит ей четырнадцать с половиной тысяч, а в печатной вульгате их около двадцати шести.
章 20 — The Pacification of Planetary Calamities and Portents30 颂
Последняя глава Мадхьяма-парвы — большой свод примет и средств от них. Знамения сразу разложены на три разряда — небесное, воздушное и земное, — и о земном тут же сказано, что оно малоплодно: тревожиться велено не обо всём подряд. Дальше идёт длинный перечень — затмения, кометы, метеоры, гало и «двойное солнце», град при тихом небе, ночной зверь, подавший голос днём, потеющие изваяния, залетевшие в дом птицы, прорастающее зерно, лягушки в кувшине, дрожание века, — и все они держатся одним правилом: приметою считается то, что не в срок. На каждую планету положен свой день, своё дерево, своя мантра и своя корова, а средство всегда одно — счётное возлияние и даяние брахману, и цена растёт вместе со страхом: ночью вдвое, в полночь вчетверо. Последняя треть главы — уже не гадание, а учётная таблица трёхдневного чина, расписанная по дням и долям; итоги в ней с суммою слагаемых сходятся не гладко, и заключительный счёт «из девяти сотен шлок» с объёмом парвы не сходится вовсе. Сказать надо и о другом: беду за общий домашний непорядок глава трижды относит на хозяйку дома (стихи 20, 42, 149) — так в тексте, и мерою справедливости это не является. Этими словами Мадхьяма-парва и закрывается — не поучением, а бухгалтерией возлияний.