Upanishads · Avyakta 73
॥
Devanāgarī
रौक्मे फलके सूर्यवर्चसि मन्त्रमानुष्टुभं विन्यस्य तदस्य कण्ठे प्रत्यमुञ्चत् । ततः सुदुर्निरीक्षोऽभवत्
Transliteration (IAST)
raukme phalake sūryavarcasi mantramānuṣṭubhaṃ vinyasya tadasya kaṇṭhe pratyamuñcat | tataḥ sudurnirīkṣo'bhavat
Word-by-word
SanskritIASTMeaning
रौक्मे फलके सूर्य-वर्चसिraukme phalake sūrya-varcasiна золотой пластине, солнцу подобной
मन्त्रम् आनुष्टुभं विन्यस्यmantram ānuṣṭubhaṃ vinyasyaмантру ануштубха начертав
तत् अस्य कण्ठे प्रत्यमुञ्चत्tat asya kaṇṭhe pratyamuñcatто ему на шею надел
ततः सु-दुर्-निरीक्षः अभवत्tataḥ su-dur-nirīkṣaḥ abhavatоттого стал труднозримым
Translation
и, начертав мантру ануштубха на золотой пластине, подобной солнцу, надел её ему на шею; и оттого он стал труднозримым.
Version
f2f9bc456e02 · published Aug 3, 2026, 12:49:01 AM UTC
Available inRUPage between verses with
Мантру пишут и вешают на шею, и это первое место в книге, где стих обращается в вещь.
Подробность бытовая и до сих пор живая: обереги с начертанной мантрой носят на шее в наших краях и посейчас.
Следствие названо неожиданное: судурнирикша, «труднозримый», то есть на него стало трудно смотреть — как на солнце.
Стои́т заметить, что это не оружие и не сила. Индру не сделали грознее; его сделали таким, что не поднять глаз. И этого оказалось довольно, чтобы боги перестали спорить.
Наблюдение тут верное и человеческое. Спорят с тем, на кого смотрят прямо и в упор; а тот, на кого щурятся, спора уже не вызывает. Перемена произошла не в нём, а в смотрящих — и произошла оттого, что на нём теперь надето чужое.