Upanishads · Akṣi 2.35
॥
Devanāgarī
गलितद्वैतनिर्भासो मुदितोऽतःप्रबोधवान् । सुषुप्तमन एवास्ते पञ्चमीं भूमिकां गतः
Transliteration (IAST)
galitadvaitanirbhāso mudito'taḥprabodhavān | suṣuptamana evāste pañcamīṃ bhūmikāṃ gataḥ
Word-by-word
SanskritIASTMeaning
गलित-द्वैत-निर्भासःgalita-dvaita-nirbhāsaḥу кого растаяло явление двойственности
मुदितः अतः प्रबोधवान्muditaḥ ataḥ prabodhavānрадостный, оттого пробуждённый
सुषुप्त-मनाः एव आस्तेsuṣupta-manāḥ eva āsteс уснувшим умом пребывает
पञ्चमीं भूमिकां गतःpañcamīṃ bhūmikāṃ gataḥдостигший пятой ступени
Translation
«У кого растаяло явление двойственности, радостный и оттого пробуждённый, он пребывает с уснувшим умом — достигший пятой ступени».
Version
8f44496452f1 · published Aug 3, 2026, 3:20:10 AM UTC
Available inRUPage between verses with
Оговорка, которой недоставало, сделана: он прабодхаван, «пробуждённый», при том что ум его сушупта, «уснул».
Сочетание это и есть весь ответ книги на затруднение предыдущей строки: спит ум, а не он. Сравнение с глубоким сном относится к состоянию умственного аппарата, а не к сознающему; и в таком виде оно принимается.
Стои́т заметить и слово мудита, «радостный». Оно поставлено между «растаяла двойственность» и «пробуждён», как связующее: радость есть признак того, что это не оцепенение. Спящий не радуется — он ничего не чувствует; радуется бодрствующий.
Вайшнавское чтение эту черту ценит особенно, потому что радость есть, по нашему счёту, лучший из признаков. Состояние, о котором нельзя сказать, радостно оно или нет, подозрительно; а там, где есть радость, есть и тот, кто радуется, и обыкновенно есть чему. Слово мудита, стоящее тут посреди описания сонного покоя, тихо свидетельствует, что покой этот не пуст.