Махабхарата · 7.54.11–12
॥
Деванагари
ततो ऽर्जुनगृहं गत्वा वासुदेवः सुदुर्मनाः ॥
भगिनीं पुत्रशोकार्ताम् आश्वासयत दुःखिताम् ॥
मा शोकं कुरु वार्ष्णेयि कुमारं प्रति सस्नुषा ॥
सर्वेषां प्राणिनां भीरु निष्ठैषा कालनिर्मिता ॥
Транслитерация (IAST)
tato 'rjunagṛhaṃ gatvā vāsudevaḥ sudurmanāḥ ||
bhaginīṃ putraśokārtām āśvāsayata duḥkhitām ||
mā śokaṃ kuru vārṣṇeyi kumāraṃ prati sasnuṣā ||
sarveṣāṃ prāṇināṃ bhīru niṣṭhaiṣā kālanirmitā ||
Пословный перевод
СанскритIASTЗначение
ततः अर्जुनगृहम् गत्वाtataḥ arjunagṛham gatvāзатем, придя в дом Арджуны; затем, войдя в дом Арджуны
वासुदेवः सुदुर्मनाःvāsudevaḥ sudurmanāḥВасудева, весьма опечаленный; Васудева, тяжко скорбный
भगिनीम् पुत्रशोकार्ताम्bhaginīm putraśokārtāmсестру, терзаемую скорбью по сыну; сестру, скорбящую по сыну
आश्वासयत दुःखिताम्āśvāsayata duḥkhitāmутешал удручённую; утешал удручённую
मा शोकम् कुरु वार्ष्णेयिmā śokam kuru vārṣṇeyiне скорби, о вришнийка [Субхадра]; не скорби, о вришнийка
कुमारम् प्रति सस्नुषाkumāram prati sasnuṣāоб отроке, [вместе] с невесткою; об отроке, с невесткою
सर्वेषाम् प्राणिनाम् भीरुsarveṣām prāṇinām bhīruвсех живых существ, о робкая; всех живущих, о робкая
निष्ठा एषा कालनिर्मिताniṣṭhā eṣā kālanirmitāэто — предел, устроенный Временем; сей предел установлен Временем
Литературный перевод
Затем, придя в дом Арджуны, Васудева, весьма опечаленный, утешал сестру, удручённую, терзаемую скорбью по сыну: «Не скорби, о вришнийка, об отроке — [ты] с невесткою; это предел, устроенный Временем для всех живущих, о робкая».
Версия
428f091ba21f · опубликовано 19 июл. 2026 г., 15:36:52 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Господь идёт утешать «sudurmanāḥ», «весьма опечаленный»: Он не безучастен к горю Своих, но разделяет его. И первое слово утешения — об общем уделе: «sarveṣāṃ prāṇināṃ niṣṭhā eṣā kālanirmitā», «это предел, устроенный Временем для всех». Знаменательно, что Кришна врачует не отрицанием смерти, а помещением её в порядок мироздания: умереть суждено всему живому. Стих учит, что истинное утешение начинается с правды о всеобщей смертности: горе утихает не там, где смерть отрицают, а там, где её принимают как назначенный Временем предел всякой жизни.