ते ऽपि चास्य महाघोरं बलं नागायुतोपमम् ॥
जानन्तो व्यवसायं च क्रूरं मारुततेजसः ॥
किमर्थं क्रूरकर्माणं यमकालान्तकोपमम् ॥
बलसंरम्भवीर्यज्ञाः कोपयिष्यन्ति संयुगे ॥
कर्णस् त्व् एको महाबाहुः स्वबाहुबलम् आश्रितः ॥
भीमसेनम् अनादृत्य रणे ऽयुध्यत सूतजः ॥
te 'pi cāsya mahāghoraṃ balaṃ nāgāyutopamam ||
jānanto vyavasāyaṃ ca krūraṃ mārutatejasaḥ ||
kimarthaṃ krūrakarmāṇaṃ yamakālāntakopamam ||
balasaṃrambhavīryajñāḥ kopayiṣyanti saṃyuge ||
karṇas tv eko mahābāhuḥ svabāhubalam āśritaḥ ||
bhīmasenam anādṛtya raṇe 'yudhyata sūtajaḥ ||
«И они же, знающие его прегрозную силу, [с] десятью тысячами слонов схожую, и лютую решимость [того, чей] пыл [как у] Ваю, — зачем, знающие [его] мощь, ярость [и] доблесть, станут прогневлять [в] схватке лютого в деяниях, схожего [с] Ямой-Калою-Антакою? Карна же один, мощнорукий, опершийся [на] силу своей руки, пренебрёгши Бхимасеною, бился [в] битве, сын суты».
bc9c4270d3e8 · опубликовано 19 июл. 2026 г., 16:17:34 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Дразнить того, кто схож с Ямою, Калою и Антакою, зная его лютость, — безумие, и царь дивится ему. Знаменательно, что Карна один не отступает в робости: «опершийся [на] силу своей руки» — в этой стойкости, пусть за неправое дело, есть подлинное мужество. Стих учит различать опрометчивость от доблести: глупо гневить неодолимого, но достойно встретить его, полагаясь на собственную руку, а не на чужую подмогу.