«Те, кто, омывшись в магху, почитают Хари, сойдя с неба, становятся царями — благообразными, прекрасными, счастливыми, приятноречивыми, наделёнными законом, обильно богатыми и столетними. Как груда дров, брошенная в пылающий огонь, в тот же миг остаётся одним пеплом, так омовением в магху растворяется и малая, и великая груда потока грехов. Грех, накопленный людьми телом, речью и умом, ведомый и неведомый, — всё сожжёт омовение в магху в лучшей тиртхе, как Вишну, скоро вошедший в сердце. И плод уже вкушаемого греха, о царь, если у людей когда-либо хотя бы по небрежности случится омовение в магху, тогда же непременно идёт к истощению. Непреодолимый плод греха, рождённого проклятием, что вкушали девы гандхарвов, о владыка земли, был снят омовением, рождённым месяцем магхой, — по слову Ломаши; дивно случившееся некогда». Услышав это, царь с любовью поклонился лотосу его стоп и, смиренный высшею верою, спросил того домашнего жреца: «О владыка, поведай: отчего у дев вышло взаимное проклятие? Как словом Ломаши, при уже созревшем проклятии, были они освобождены? Где они были и сколько их было числом?» — «Да будет услышана, о тигр среди царей, высшая повесть, полная закона, как арани полна огня: родительница закона — как родительница огня. Гандхарва Сукхасангити, его дочь Прамодини; Сушилы — Сушила, Свараведина — Сусвара; Чандраканты — Сутара, а Супрабхи — Чандрика: вот прекрасные имена тех апсар, о царь».