«…с саптапарнами и трилистниками, ширишей и прекрасной амалакой, каркандхой, лакучей и акшами, парибхадрами, вачей и прочими; с кетаками, синдуварами, тагарами, кундой и маллики; с лотосами, синими лилиями, кахларами, малати, ютхикой и прочими; с малати и могарой, украшенными плодами жасмина; с пуннагами, киншуками, барбари и деревцами туласи. Прелестна была та обитель разными деревьями, о царь. Посреди леса течёт река со святою водою — Сарасвати. Журавли там кричат, всегда нежно и сладко от страсти; кокилы поют, гудят пчёлы; многий шум стоит в том лесу от попугаев и скворцов, о царь, и разные звери бродят в том лучшем из лесов. Всегда плодоносный, всегда цветущий, серый от крупиц пыльцы, весь лес со всех сторон покрыт медовыми деревьями; обнят кругом лианами с тяжестью соцветий, выросших на новых побегах, — прелестный, словно возлюбленный милыми. Из страха его проклятия ветер веет кругом робея; тучи не проливают града и солнце не иссушает. Нет в том лесу бедствия, и всегда посещаем он сиддхами, всегда рождающий отраду — как лес Чайтраратха».