…оставление обычая, слово и сложение не на своём месте, перемешанность и вставленность — это пороки лишь высказывания. Несоответствие звуков — когда они противны вкусу, например: «Какая женщина, не ставшая Твоей милейшей, не одержимая Вишвакшравасом, та, увы, всегда явно кусает свою губу» — в «каштам спаштам… оштхам… даштам» жёсткие звуки противны любовному вкусу. «Гата ниша има радхе» — здесь висарги выпали. «Ударенная» висарга — когда она стала «о», например: «дхиро виро наро джишнух». Лишнее слово: «Так сияет там Радхика с алой губой, равной бимбе» — слово «равной» лишнее. «Если на меня обращён взгляд, отчего же, Радха, он не был…» — здесь недостаёт слова «тобою». «Ачьюта, эта игра ветра побеждает усталость от игр любви» — слово «игра» повторено. Сломанный размер — когда он и по правилам неприятен на слух, не подходит вкусу или когда конечный лёгкий слог не становится тяжёлым. По порядку, например: «Кришна, разгневанный Манобхава всё время пронзает её сердце» — здесь порок цезуры. «Харим анупарихара манини манам» — этот размер годится лишь для смешного. «Викасита-сахакара-сара-хари-паримала эша харе мадхур вибхати» — то, что лёгкий слог в конце стопы считается тяжёлым, относится везде ко второй и четвёртой стопам, а к первой и третьей — лишь в васантатилаке и подобных; правильно читать: «прамудита-саурабха эша харе васанта». «Иные — те блаженные женщины, рудники самоцветов-достоинств, иная — та земля, где родилась эта Великая Личность с телом из огромного изумруда, от мощи которого пали толпы демонов, а толпы жён богов не в силах удержать соскальзывающие одно за другим оружие и одежды» — в «вастрани ча» слышна вялость; при чтении «вастранй апи» строй был бы твёрд. И это, по словам автора «Кавья-пракаши», тоже конечный лёгкий слог, не ставший тяжёлым. «Да хранит вас Человеко-лев, чья огромная грива страшна языками пылающего огня, чьё дыхание разметало великие горы» — здесь сила созвучия постепенно падает. «Далите амбудже эте акшибхйам сура-вайринах» — порок в том, что зияние повторено много раз; а если сочетание разорвано вопреки правилу лишь из страха сломать размер, это порок и при одном разе, например: «харир вриндаване бхати индира-вринда-сангатах». «Тогда разгневался тот Камса, поступки его — как у чандалы» — здесь на стыке слов внушается отвращение: непристойность. «Дайтья-джитй удайатй уччаис тваятй артих ким итй абхут» — жёсткость на стыках. Слово, ушедшее в другую половину: «Луна сияет, белыми, как камфора, лучами убеляя — мир; не держи, тонкая, обиды на Хари, что льстит тебе». Здесь слово «мир» следовало поставить в первую половину. «Разгоняя густую тьму, мучая разлучённых, играют лучи луны, наполняя Хари любовью». Здесь высказывание закончено в третьей стопе, а в четвёртой снова подхвачено его определение. Несостоявшаяся задуманная связь — например: «Та, что — победная слава Любви, чем мир украшен, без которой — ланеокой — жизнь моя, Хари, бесплодна, — где она?» Здесь высказывания со словом «которая» независимы друг от друга, и связь остальных со словом «ланеокая», стоящим внутри одного из них, хоть и задумана поэтом, не получается. А если сказать: «без которой я, Кришна, напрасен, — где же та моя ланеокая?», — внутри высказывания с «та» связь со всеми высказываниями с «которая» получится. Или: «Что Кришна смотрит искоса — тогда знатные женщины, оставив всякую жажду, хранят жажду лишь к Нему». Здесь «что» не связывается с «тогда»; правильно читать: «если смотрит». Так же: «Смотри, Кришна: масса лунного света — поток воды, звёзды — лилии, а месяц — лебедь пруда-неба». Здесь «пруд» в сложении второстепенен, и его смысл не связывается со всеми; поэтому надо было сказать «в небе-пруду» — отдельным словом в местном падеже. При невыделенности утверждаемого порочно лишь невыделенное; а здесь главный смысл — пруд — не воспринимается главным, и поток воды и прочее не воспринимаются его частями, — весь смысл высказывания затемнён: в этом различие. Беспорядок — например: «Преданность Хари — высшее благо: так говорят святые». Здесь «так» надо ставить сразу после приводимых слов, а не после «говорят». Так же: «Двое теперь достойны жалости из-за желания соединиться с Носящим череп: тот прекрасный серп месяца — и ты, лунный свет для глаз этого мира». Здесь «и» надо было поставить сразу после «ты». Незадуманный иной смысл — например: «Поражённая в сердце нестерпимой стрелой Рамы-Манматхи, ночная бродяжка, умащённая пахучей кровью, как сандалом, ушла в обитель владыки своей жизни». Здесь второй смысл, внушающий любовный вкус, нежелателен: он противоречит вкусу отвращения, на который указывают «пахучая кровь» и прочее. Невысказанность того, что надо сказать, — например: «Какую крупицу моей вины ты увидела, пастушка, что гневаешься?» Здесь непременно надо было сказать «хоть крупицу», а «хоть» не сказано. При недостающем слове имеется в виду недостача слова, выражающего смысл; а «хоть» лишь указывает, поэтому это иное. «…и всё же, хоть увлечён виденными дивными деяниями Того, кто не от мира, — нет веры». Здесь надо высказать утверждение «я увлечён», а оно стало второстепенным из-за родительного падежа; поэтому здесь различие между недостающим словом и невысказанностью ясно. А невыделенность утверждаемого отличается от невысказанности тем, что там утверждаемое стоит не на месте, а здесь нужного вовсе нет; утверждаемое зависит от повторяемого, а нужное — самостоятельно. Нарушенный строй — например: «Так сказали друзья, и Равана им отвечал (пратйабхашата)». Ответ, начатый глаголом «вач», надо продолжать им же: правильно «пратйавочата». И это не порок повторённого слова: тот касается иного, чем упоминаемое и отсылаемое к нему, а здесь речь и ответ как раз упоминаемое и отсылаемое. Например: «Восходя на стороне Хари, солнце — „раги“, алое; уходя на закат, оно сияет „раги“…» Здесь, если бы тот же смысл был передан другим словом, он показался бы иным и затемнил бы понимание. Или: «Они простились с Гималаем, снова взглянули на Носящего трезубец, сообщили ему, что дело сделано, и, отпущенные им, взмыли в небо». Здесь начатое словом «ему» (идам) надо продолжать тем же словом или равными ему «этот», «оный», а не «тот». Или: «Земля, отрезанная океаном, — преграда; владыка вод сидит со своими ста ликами; дочь Джанаки — на той стороне…» — здесь правильно было бы: «к тебе — лишь любовь желанна». Из этих примеров в первых двух строй нарушен в основе, в третьем — в синониме, в четвёртом — в суффиксе. Оставление обычая — например: «Губитель Муры сказал Джарасандхе, звуча, как тучи» — для туч по обычаю говорят «гремя». Как говорят: «У браслетов на ногах — звон, у птиц — щебет и прочее, в любви — стоны, у туч — гром» и так далее. Слово не на месте — например: «Нигде, друг, нет горы, равной Говардхане, которая сама стала зонтом, — зонтом над всеми головами». Здесь «нет» (нахи) поставлено не на место. Хотя не на месте лишь одно слово, всё высказывание медлит передать задуманный смысл, поэтому это порок высказывания. Так и в прочих. Некоторые говорят здесь: «Словом „слово“ обычно называют лишь выражающее значение; а „нахи“, синоним отрицания, бесспорно не выражающее: само по себе оно смысла не передаёт; поэтому, как в „Двое…“, где „и“ не поставлено после „ты“, — беспорядок, так и здесь». Сложение не на месте — например: «Даже теперь эта гордость хочет остаться в сердцах любимых Кришны, неприступных, как крепость горных вершин груди, — позор! — и месяц, будто покрасневший от гнева, восходя, далеко протянув руку-луч, тотчас вытаскивает меч — ряд пчёл, вылетающих из раскрывшихся бутонов лилий». Здесь в словах гневного месяца сложения нет, а в словах поэта есть. Перемешанность — когда слова одного высказывания входят в другое, например: «Оставь месяц, милая Кришны, взгляни на гордость во дворе неба» — правильно: «взгляни на месяц, оставь гордость». Вымученность же касается одного высказывания, так что они не смешиваются. Вставленность — когда одно высказывание входит в середину другого, например: «Когда Кришна у края твоих стоп, даже видя, всё время хвалит тебя, — говорю тебе правду, подруга, — гнев никогда не уместен».