И там же он увидел и абхидхею — увидел именно такою, — оттого что ради её начинания и начал эту сатватскую самхиту, именуемую «Шри Бхагаватой». Об этом он и говорит словом «беды».

«Бхакти-йога» тут — садхана-бхакти, чья примета в слушании, воспевании и прочем, а не бхакти с приметою премы: ведь исполнение требует наставления, а према — Его милости. И всё же, поскольку садхана-бхакти есть причина той милости и несёт в себе прему как свой плод, она и утишает беду прямо, а не через требование чего-то иного. Как в словах «что делами, что подвижничеством, что знанием и бесстрастием» и далее; «Мой преданный Моею бхакти-йогой легко обретает всё — и рай, и освобождение» и далее. А знание и прочее, напротив, сами требуют бхакти, как в словах «бхакти — путь блага» и далее.

Или же так: беду, то есть бедствие круговерти, она утишает прямо, без посредства, а двоицу — морок и прочее — через свой собственный плод, именуемый премой. Таков смысл. Потому и здесь, как прежде, показана абхидхея.