«„...ни дела с повязанием диадемы, покуда держится мой старший. Одна спать желаю я в полдень, в такое время, — не долго, а малое время, так чтобы никто не видел: ни свёкор, ни свекровь, ни иной, о владыка людей. Спящая да не буду видима — обет этот на мгновение. Свои домашние, какие-либо люди среди своих, — да не увидели бы они меня и когда-либо уснувшею и лежащею“. Затем, услышав слово жены, умножающий владычество Калинги: „Да будет так“, — ответил он ей словом, о Держащая богатства. — „Будь спокойна, о прекраснобёдрая, во благе, о славная: никто не увидит тебя на ложе, великообетную“. Так идёт во времени у них двоих вслед за тем».