Махабхарата · 7.7.10–11
॥
Деванагари
तस्य शोणितदिग्धाङ्गाः शोणास् ते वातरंहसः ॥
आजानेया हया राजन्न् अविभ्रान्ताः श्रियं दधुः ॥
तम् अन्तकम् इव क्रुद्धम् आपतन्तं यतव्रतम् ॥
दृष्ट्वा संप्राद्रवन् योधाः पाण्डवस्य ततस् ततः ॥
Транслитерация (IAST)
tasya śoṇitadigdhāṅgāḥ śoṇās te vātaraṃhasaḥ ||
ājāneyā hayā rājann avibhrāntāḥ śriyaṃ dadhuḥ ||
tam antakam iva kruddham āpatantaṃ yatavratam ||
dṛṣṭvā saṃprādravan yodhāḥ pāṇḍavasya tatas tataḥ ||
Пословный перевод
СанскритIASTЗначение
तस्यtasyaего; [у] него
शोणितदिग्धाङ्गाःśoṇitadigdhāṅgāḥ[кони] с телами, обагрёнными кровью; окровавленные
शोणाःśoṇāḥрыжие [багряные]; красной масти
तेteте; [его] те
वातरंहसःvātaraṃhasaḥбыстрые, как ветер; стремительные, [как] вихрь
आजानेयाःājāneyāḥпородистые [благородной породы]; [кони] чистых кровей
हयाःhayāḥкони; лошади
राजन्rājanо царь; о государь
अविभ्रान्ताःavibhrāntāḥнеробеющие [невозмутимые]; не смятенные
श्रियम्śriyamкрасоту [блеск]; великолепие
दधुःdadhuḥнесли [являли]; обретали
तम्tamего [Дрону]; того
अन्तकम्antakamАнтаку [Смерть]; [бога] кончины
इवivaсловно; как
क्रुद्धम्kruddhamразгневанного; яростного
आपतन्तम्āpatantamналетающего [нападающего]; обрушивающегося
यतव्रतम्yatavratam[того,] кто верен обету; стойкого в обетах
दृष्ट्वाdṛṣṭvāувидев; узрев
संप्राद्रवन्saṃprādravanразбежались [пустились в бегство]; обратились в бегство
योधाःyodhāḥвоины; бойцы
पाण्डवस्यpāṇḍavasyaПандавы [Юдхиштхиры]; [у] сына Панду
ततः ततःtataḥ tataḥтуда и сюда; кто куда
Литературный перевод
Его кони — окровавленные, красной масти, стремительные, как вихрь, чистых кровей, неробеющие — являли великолепие, о царь. Увидев его, верного обету, налетающего, словно разгневанный Антака [Смерть], воины Пандавы [Юдхиштхиры] разбежались кто куда.
Версия
cb79d4dac847 · опубликовано 19 июл. 2026 г., 14:46:26 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Дрона уподоблен «разгневанному Антаке» — самой Смерти, и пред ним бегут воины: грозен учитель, обративший знание в орудие гибели. Но за грозным образом — горькая правда: «верный обету» (yatavrata) разит ныне тех, кому по дхарме должен бы желать блага; верность долгу службы влечёт его против правды. Окровавленные кони, являющие «великолепие», — образ страшной красоты разрушения, которая чарует взор, но служит смерти. Стих учит, что верность обету сама по себе не довод правоты, если обет связывает с неправдой; что и грозное великолепие силы, обращённой на истребление, есть лишь блеск Смерти; и что бегство пред таким воином — не позор робких, а трезвое признание необорной мощи.