एतानि चान्यानि च कौरवेन्द्र; कर्माणि कृत्वा समरे महात्मा ॥
प्रताप्य लोकान् इव कालसूर्यो; द्रोणो गतः स्वर्गम् इतो हि राजन् ॥
एवं रुक्मरथः शूरो हत्वा शतसहस्रशः ॥
पाण्डवानां रणे योधान् पार्षतेन निपातितः ॥
अक्षौहिणीम् अभ्यधिकां शूराणाम् अनिवर्तिनाम् ॥
निहत्य पश्चाद् धृतिमान् अगच्छत् परमां गतिम् ॥
etāni cānyāni ca kauravendra; karmāṇi kṛtvā samare mahātmā ||
pratāpya lokān iva kālasūryo; droṇo gataḥ svargam ito hi rājan ||
evaṃ rukmarathaḥ śūro hatvā śatasahasraśaḥ ||
pāṇḍavānāṃ raṇe yodhān pārṣatena nipātitaḥ ||
akṣauhiṇīm abhyadhikāṃ śūrāṇām anivartinām ||
nihatya paścād dhṛtimān agacchat paramāṃ gatim ||
Эти и многие иные деяния совершив в битве, о владыка Куру, великий духом [Дрона], опалив [все] миры, словно солнце [рокового] Времени, — Дрона отошёл отсюда на небо, о царь. Так этот герой на золотой колеснице, сразив в битве воинов Пандавов сотнями тысяч, [был] повержен Паршатой [Дхриштадьюмной]; перебив целую рать-акшаухини и более — неотступных героев, — непоколебимый, он напоследок достиг наивысшей участи.
eb7a5383709d · опубликовано 19 июл. 2026 г., 14:46:26 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Санджая, не в силах сдержать скорби, забегает вперёд и возвещает конец Дроны прежде самого рассказа о нём: над всем блеском его натиска уже простёрта тень гибели. В этом мудрость повествователя — он велит помнить о конце посреди торжества, дабы не обольститься преходящим величием. Знаменательно, что Дрона, павший на неправой стороне, всё же «достигает наивысшей участи»: личная праведность, верность долгу и аскеза возносят его, хотя дело, за которое он бился, было неправым. Стих учит, что над всяким земным торжеством простёрта тень его конца; что мудрый помнит о смерти и в час величия; и что участь человека по ту сторону определяется не одною стороною, за которую он стоял, но и чистотою его собственной жизни.