उक्तम् एतन् मया पूर्वं न तिष्ठति धनंजये ॥
शक्यो ग्रहीतुं संग्रामे देवैर् अपि युधिष्ठिरः ॥
इति तद् वः प्रयततां कृतं पार्थेन संयुगे ॥
मातिशङ्कीर् वचो मह्यम् अजेयौ कृष्णपाण्डवौ ॥
अपनीते तु योगेन केन चिच् छ्वेतवाहने ॥
तत एष्यति ते राजन् वशम् अद्य युधिष्ठिरः ॥
uktam etan mayā pūrvaṃ na tiṣṭhati dhanaṃjaye ||
śakyo grahītuṃ saṃgrāme devair api yudhiṣṭhiraḥ ||
iti tad vaḥ prayatatāṃ kṛtaṃ pārthena saṃyuge ||
mātiśaṅkīr vaco mahyam ajeyau kṛṣṇapāṇḍavau ||
apanīte tu yogena kena cic chvetavāhane ||
tata eṣyati te rājan vaśam adya yudhiṣṭhiraḥ ||
[Дрона:] Это уже было сказано мною: пока Дхананджая [Арджуна] пребывает [рядом], Юдхиштхиру нельзя взять в плен в битве даже богам. Так и было учинено Партхою [Арджуною] в бою, [как ни] усердствовали вы; не подвергай сомнению моё слово — Кришна и Пандава [Арджуна] неодолимы. Но если белоконный [Арджуна] будет тем или иным способом отвлечён, тогда, о царь, Юдхиштхира сегодня же попадёт в твою власть.
11cf2de66f3e · опубликовано 19 июл. 2026 г., 15:00:04 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Дрона дважды повторяет неотвратимую истину: «Кришна и Арджуна неодолимы» — союз Господа и преданного непобедим. Всё, что остаётся неправде, — не одолеть, а «отвлечь» хранителя: зло, бессильное против самого союза правды, ухищряется разлучить хранимого с хранителем. Так обнажается единственная уязвимость праведного — разлука с его оплотом. Стих учит, что там, где Господь и преданный вместе, нет одоления для врага; что неправда, не смея сразиться с правдою прямо, плетёт козни, чтобы развести её с её защитою; и что вся бдительность состоит в том, чтобы не дать отвлечь себя от того, в ком наше прибежище.