एवम् उक्तस् ततः पार्थः केशवेन महात्मना ॥
भगदत्तं शितैर् बाणैः सहसा समवाकिरत् ॥
ततः पार्थो महाबाहुर् असंभ्रान्तो महामनाः ॥
कुम्भयोर् अन्तरे नागं नाराचेन समार्पयत् ॥
समासाद्य तु तं नागं बाणो वज्र इवाचलम् ॥
अभ्यगात् सह पुङ्खेन वल्मीकम् इव पन्नगः ॥
स तु विष्टभ्य गात्राणि दन्ताभ्याम् अवनिं ययौ ॥
नदन्न् आर्तस्वरं प्राणान् उत्ससर्ज महाद्विपः ॥
evam uktas tataḥ pārthaḥ keśavena mahātmanā ||
bhagadattaṃ śitair bāṇaiḥ sahasā samavākirat ||
tataḥ pārtho mahābāhur asaṃbhrānto mahāmanāḥ ||
kumbhayor antare nāgaṃ nārācena samārpayat ||
samāsādya tu taṃ nāgaṃ bāṇo vajra ivācalam ||
abhyagāt saha puṅkhena valmīkam iva pannagaḥ ||
sa tu viṣṭabhya gātrāṇi dantābhyām avaniṃ yayau ||
nadann ārtasvaraṃ prāṇān utsasarja mahādvipaḥ ||
Выслушав это от великого духом Кешавы, тогда Партха тотчас осыпал Бхагадатту острыми стрелами. Могучерукий Партха, невозмутимый, благородный, поразил слона стрелою-нарачей меж лобными буграми. Настигнув того слона, стрела, точно перун — в гору, вонзилась по самое оперенье, точно змея в муравейник. Он же, огромный слон, напрягши члены, опустился наземь на оба бивня и, трубя вопль муки, испустил жизнь.
efa89aa5f7f4 · опубликовано 19 июл. 2026 г., 15:11:21 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Стрела входит в слона «по самое оперенье, как змея в муравейник» — образ, в котором мощь удара явлена через тихий, неотвратимый образ вползающей змеи. Невозмутимость Арджуны («asaṃbhrānta») в решающий миг — знак того, что великое деяние вершится без суеты, в полном самообладании. Знаменательно, что предание уделяет смерти слона столько же скорбного внимания, сколько гибели воинов: огромный зверь трубит «вопль муки», испуская жизнь. Стих учит, что величайший удар наносится не в горячке, а в спокойствии собранного духа; что страдание бессловесной твари в войне достойно скорби не менее, чем людское; и что предание, оплакивая и слона, являет широту сострадания, не делящего боль на «важную» и «ничтожную», — ибо всякая угасающая жизнь взывает к жалости.