Санджая
दशभिः सात्वतस्यार्थे भीमो विव्याध कौरवम् ॥
सोमदत्तो ऽपि तं वीरं शतेन प्रत्यविध्यत ॥
सात्वतस् त्व् अभिसंक्रुद्धः पुत्राधिभिर् अभिप्लुतम् ॥
वृद्धम् ऋद्धं गुणैः सर्वैर् ययातिम् इव नाहुषम् ॥
विव्याध दशभिस् तीक्ष्णैः शरैर् वज्रनिपातिभिः ॥
शक्त्या चैनम् अथाहत्य पुनर् विव्याध सप्तभिः ॥
daśabhiḥ sātvatasyārthe bhīmo vivyādha kauravam ||
somadatto 'pi taṃ vīraṃ śatena pratyavidhyata ||
sātvatas tv abhisaṃkruddhaḥ putrādhibhir abhiplutam ||
vṛddham ṛddhaṃ guṇaiḥ sarvair yayātim iva nāhuṣam ||
vivyādha daśabhis tīkṣṇaiḥ śarair vajranipātibhiḥ ||
śaktyā cainam athāhatya punar vivyādha saptabhiḥ ||
Десятью [стрелами] ради Сатваты [Сатьяки] Бхима пронзил Кауравью [Сомадатту]; и Сомадатта того героя поразил в ответ сотнею. Сатвата же, разъярённый, старого, богатого всеми достоинствами, [как] Яяти, сына Нахуши, одолённого горем [о] сыне, пронзил десятью острыми стрелами, разящими [как] перун, и, поразив его копьём, вновь пронзил семью.
b62dde38f1a9 · опубликовано 19 июл. 2026 г., 16:40:45 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Сомадатта, «богатый всеми достоинствами, как Яяти», и всё же одолён горем о сыне: даже доблесть и добродетель не ограждают от скорби отца. Знаменательно, что певец чтит его — старого, достойного — даже как врага. Стих учит, что родительское горе уязвляет и величайших; и летопись воздаёт должное достоинству павшего, не умаляя его за то, что он стоял на неправой стороне.