Царь Враджи сказал: «Если это Калаявана, то страх и впрямь был оправдан. Ведь Гарга, сын Гарги, над которым шурин громко насмеялся: „Он бесплоден“, — и в собрании ядавов поднялся безудержный смех, — разгневался, умилостивил Бхаргу-Шиву и задумал сотворить этот страх; и вот от этого сына Гарги жена царя яванов родила Калаявану, которого вырастил царь яванов; оттого он и родился, чтобы устрашать ядавов. Так расскажите правду, что было дальше». Вестники сказали: «Тогда Тёмный, как туча, поразмыслив о том Калаяване, коснулся руки Рамы и наедине посоветовался с ним: „Этот стоит у ворот в доспехах, и ядавам против него не выстоять. А если и выстоять, то уже подходит тот, чьё тело срастила Джара; узнав, что мы вступили в бой, он ворвётся в город и перебьёт всех наших. Так что надо придумать другое; а подходит лишь одно — укрыть наших в очень далёкой, неприступной крепости; и если сделать это сразу, это будет безупречно. Ясно, что и Врадже от нашего дальнего ухода будет благо: ведь где мы бьёмся, туда и стекаются враги“.