राम उवाच
लङ्कां गमिष्यामि समुद्रतरण उपायमेकं मम देहि शम्भो !
ममाजगवं धनुरस्ति तत्कालरूपमविकल्पं वा भवति । तदारुह्य समुद्रं तीर्त्वा लङ्कामाप्नुहि
रामस्तथेति निश्चित्य सस्माराजगवम्
आगतं धनुस्ततश्च रामोऽपूजयत्
अथ हरो धनुरादाय रामाय दत्तवान्
रामोऽपि जलधावपातयत्
laṅkāṃ gamiṣyāmi samudrataraṇa upāyamekaṃ mama dehi śambho !
mamājagavaṃ dhanurasti tatkālarūpamavikalpaṃ vā bhavati | tadāruhya samudraṃ tīrtvā laṅkāmāpnuhi
rāmastatheti niścitya sasmārājagavam
āgataṃ dhanustataśca rāmo'pūjayat
atha haro dhanurādāya rāmāya dattavān
rāmo'pi jaladhāvapātayat
«Я пойду в Ланку. Дай мне, о Шамбху, одно средство для переправы через море». — «Есть у меня лук Аджагава; он по времени принимает вид, а бывает и неизменен. Взойди на него, переправься через море и достигни Ланки». Рама, сказав «так» и решившись, вспомнил Аджагаву; и когда тот явился, Рама почтил его. Затем Хара, взяв лук, дал его Раме. И Рама опустил его в океан.
0678c08d2199 · 发布于 2026年9月3日 04:13:51 UTC
可用语言RU用方向键翻颂
Мост через океан оказывается тем же самым луком, которым была решена сваямвара. Оружие обращается в дорогу — и, что важнее, Рама не строит его и не добывает силой: он вспоминает лук, и тот приходит. А явившийся лук он прежде всего почитает, как почитал его когда-то в Митхиле. Средство, о котором просят Шиву, оказывается тем, что уже однажды было дано.