Upanishads · Maitreyī 3.16
॥
Devanāgarī
मुदितामुदिताख्योऽस्मि सर्वमौनफलोऽस्म्यहम् । नित्यचिन्मात्ररूपोऽस्मि सदा सच्चिन्मयोऽस्म्यहम्
Transliteration (IAST)
muditāmuditākhyo'smi sarvamaunaphalo'smyaham | nityacinmātrarūpo'smi sadā saccinmayo'smyaham
Word-by-word
SanskritIASTMeaning
मुदितामुदिताख्योऽस्मिmuditāmuditākhyo'smiименуемый радостным и нерадостным я есмь
सर्व-मौन-फलोऽस्म्य् अहम्sarva-mauna-phalo'smy ahamплод всякого безмолвия я есмь
नित्य-चिन्-मात्र-रूपोऽस्मिnitya-cin-mātra-rūpo'smiвечно я есмь облик чистого сознания
सदा सच्-चिन्-मयोऽस्म्य् अहम्sadā sac-cin-mayo'smy ahamвсегда я есмь состоящий из бытия и сознания
Translation
Именуемый радостным и нерадостным я есмь; плод всякого безмолвия я есмь; вечно я есмь облик чистого сознания; всегда я есмь состоящий из бытия и сознания.
Version
af226c95b40f · published Aug 2, 2026, 1:53:03 AM UTC
Available inRUPage between verses with
**Сарва-мауна-пхала**, «плод всякого безмолвия», — оборот, ради которого шлоку стои́т запомнить.
Молчание в этих книгах — не отсутствие речи, а **муни-дхарма**: от того же корня *муни*, «молчальник». И сказано, что всё молчание мира имеет плод, и плод этот — Он.
То есть замолкают не ради тишины, а ради **того, что в ней обнаруживается**; тишина — средство, и у неё есть плод, как у дерева.
А первая строка снова соединяет противоположное: **радостный и нерадостный**. В отличие от блаженства, которое утверждалось выше, здесь снята **смена настроений**: не «всегда весел», а вне обеих сторон.