Upanishads · Maitreyī 3.23
॥
Devanāgarī
सत्यासत्यादिहीनोऽस्मि सन्मात्रान्नास्म्यहं सदा । गन्तव्यदेशहीनोऽस्मि गमनादिविवर्जितः
Transliteration (IAST)
satyāsatyādihīno'smi sanmātrānnāsmyahaṃ sadā | gantavyadeśahīno'smi gamanādivivarjitaḥ
Word-by-word
SanskritIASTMeaning
सत्यासत्यादि-हीनोऽस्मिsatyāsatyādi-hīno'smiлишённый истинного и неистинного я есмь
सन्-मात्रान् नास्म्य् अहं सदाsan-mātrān nāsmy ahaṃ sadāсверх чистого бытия нет меня всегда
गन्तव्य-देश-हीनोऽस्मिgantavya-deśa-hīno'smiлишённый места, куда идти, я есмь
गमनादि-विवर्जितःgamanādi-vivarjitaḥлишённый хождения и прочего
Translation
Лишённый истинного и неистинного я есмь; сверх чистого бытия меня нет никогда; лишённый места, куда идти, я есмь, лишённый хождения и прочего.
Version
cd762979fc75 · published Aug 2, 2026, 1:53:03 AM UTC
Available inRUPage between verses with
**«Сверх чистого бытия меня нет»** — строка, которая ставит предел всему ряду. За двадцать три шлоки было названо множество определений; здесь сказано, что сверх **сан-матра**, «одного лишь бытия», ничего и нет.
А вторая половина отменяет **дорогу**: нет места, куда идти, и нет самого хождения.
Тут стои́т задержаться, потому что это прямо противоположно тому, чем кончаются многие книги нашего собрания. Брихаджджабала кончалась «высшей обителью Вишну», Калагнирудра — «единением с Шивой, откуда не возвращаются». Здесь же **идти некуда**.
Различие между школами именно тут и проходит, и оно честнее видно на этой строке, чем на споре о словах: для одного пути цель есть **место и Лицо**, для другого — обнаружение, что идти было незачем. Мы передаём то, что стои́т в книге, и не подменяем одно другим.