अथ किमेतैर्वान्यानां शोषणं महार्णवानां शिखरिणां प्रपतनं ध्रुवस्य प्रचलनं निमज्जनं पृथिव्याः स्थानादपसरणं सुराणं सोऽहमित्येतद्विधेऽस्मिन्संसारे किं कामोपभोगैर्यैरेवाश्रितस्यासकृदिहावर्तनं दृश्यत इत्युद्धर्तुमर्हसीत्यन्धोदपानस्थो भेक इवाहमस्मिन्संसारे भगवंस्त्वं नो गतिस्त्वं नो गतिः
atha kimetairvānyānāṃ śoṣaṇaṃ mahārṇavānāṃ śikhariṇāṃ prapatanaṃ dhruvasya pracalanaṃ nimajjanaṃ pṛthivyāḥ sthānādapasaraṇaṃ surāṇaṃ so'hamityetadvidhe'sminsaṃsāre kiṃ kāmopabhogairyairevāśritasyāsakṛdihāvartanaṃ dṛśyata ityuddhartumarhasītyandhodapānastho bheka ivāhamasminsaṃsāre bhagavaṃstvaṃ no gatistvaṃ no gatiḥ
«И что уж говорить об ином: об иссякании великих океанов, об обрушении горных вершин, о сдвиге Полярной звезды, о погружении земли, об уходе богов со своих мест? — „Таков и я“. В таком круговороте — что за польза от вкушения желаний, коими у прибегшего к ним не раз усматривается здесь возвращение? Изволь же извлечь меня: я — как лягушка в заброшенном колодце в этом круговороте. Владыка, ты наше прибежище, ты наше прибежище».
c3eebe31559e · 发布于 2026年8月1日 23:48:02 UTC
可用语言RU用方向键翻颂
Последний довод, и он берёт самое неподвижное, что есть.
Океаны иссякают. Горы обрушиваются. **Дхрува** — Полярная звезда, единственная точка неба, которая не движется, — сдвигается. Земля тонет. Боги уходят со своих мест.
И после этого перечня — два слова, ради которых он написан: **со'хам**, «таков и я». Всё предыдущее не было рассуждением о мироздании; это был способ добраться до себя.
Дальше царь называет то, что его пугает по-настоящему, и это не смерть. **Асакрид иха авартанам** — «неоднократное возвращение сюда». Не конец, а повторение: снова родиться, снова желать, снова стареть.
И просьба сказана образом, который стал знаменитым: **как лягушка в заброшенном колодце**. *Андха-удапана* — «слепой колодец», пересохший и заросший, из которого никто не берёт воду. Лягушка в нём жива, у неё есть всё, что ей нужно, и она никогда не увидит ничего, кроме круглого клочка неба над головой. Она не страдает — она просто не знает, что бывает иначе.
Кончается всё повтором: «ты наше прибежище, ты наше прибежище». Дважды — знак того, что раздел завершён, и здесь же прошение.
**О тексте.** Это место в передаче неустойчиво: издание, с которого мы работаем, приводит три разночтения в скобках — «об иных», «о рассечении верёвок ветра», «о стоянии деревьев». Как редакторский аппарат мы их не публикуем; на смысл целого они не влияют.