Upanishads · Adhyātma 2.41
॥
Devanāgarī
वासनानुदयो भोग्ये वैराग्यस्य तदावधिः । अहंभावोदयाभावो बोधस्य परमावधिः
Transliteration (IAST)
vāsanānudayo bhogye vairāgyasya tadāvadhiḥ | ahaṃbhāvodayābhāvo bodhasya paramāvadhiḥ
Word-by-word
SanskritIASTMeaning
वासना-अनुदयः भोग्येvāsanā-anudayaḥ bhogyeневосхождение склонности к вкушаемому
वैराग्यस्य तदा अवधिःvairāgyasya tadā avadhiḥтого предел бесстрастия
अहं-भाव-उदय-अभावःahaṃ-bhāva-udaya-abhāvaḥотсутствие восхода чувства «я»
बोधस्य परम-अवधिःbodhasya parama-avadhiḥвысший предел понимания
Translation
«Предел бесстрастия — когда склонность к вкушаемому не восходит; высший предел понимания — когда не восходит чувство «я»».
Version
afab9da9c66d · published Aug 3, 2026, 3:47:20 AM UTC
Available inRUPage between verses with
Даны две меры, и обе проверяемые; в этом их достоинство.
Первая: бесстрастие полно тогда, когда тяга не поднимается. Не «когда её преодолевают», а когда она не является вовсе. Мера строгая: воздерживающийся не есть ещё бесстрастный, ибо у него есть от чего воздерживаться.
Вторая: понимание полно тогда, когда не поднимается ахам-бхава, «чувство «я»». И вот тут вайшнавское чтение делает оговорку, важную и не новую.
Что именно не должно подниматься? Если «я» вообще, то мера неисполнима: живущий говорит «я» непрерывно, и сама эта книга через несколько строк скажет «я не деятель, я не вкушающий» (2.69) — двенадцать раз «я» в трёх строках. Если же не должно подниматься притязание — «я хозяин, я делаю, мне принадлежит», — то мера верна и исполнима.
Я читаю так, и читаю не по снисхождению, а потому, что иначе книга противоречит себе в пределах одной страницы. Заметим, что и там, где она описывает достигшего, у неё всюду «я»: «я несвязанный, я бесконечный, я вечный» (2.68). Стало быть, не «я» отменяется, а то, что к нему приставлялось.