Upanishads · Adhyātma 2.66
॥
Devanāgarī
किं हेयं किमुपादेयं किमन्यत्किं विलक्षणम् । अखण्डानन्दपीयूषपूर्णब्रह्ममहार्णवे
Transliteration (IAST)
kiṃ heyaṃ kimupādeyaṃ kimanyatkiṃ vilakṣaṇam | akhaṇḍānandapīyūṣapūrṇabrahmamahārṇave
Word-by-word
SanskritIASTMeaning
किं हेयं किम् उपादेयंkiṃ heyaṃ kim upādeyaṃчто отвергнуть, что принять
किम् अन्यत् किं वि-लक्षणम्kim anyat kiṃ vi-lakṣaṇamчто иное, что отличное
अ-खण्ड-आनन्द-पीयूष-a-khaṇḍa-ānanda-pīyūṣa-нераздельного блаженства нектаром
पूर्ण-ब्रह्म-महा-अर्णवेpūrṇa-brahma-mahā-arṇaveполном, в великом океане Брахмана
Translation
«Что отвергнуть, что принять, что иное, что отличное — в великом океане Брахмана, полном нектаром нераздельного блаженства?»
Version
1f1bd96370ab · published Aug 3, 2026, 3:47:20 AM UTC
Available inRUPage between verses with
Восклицание продолжается, и в нём употреблён образ, стоящий внимания: пиюша, «нектар, амрита», которым полон океан.
Замечу, что океан назван полным не водою, а нектаром; и это не украшение. Пиюша есть то, что пьют, и притом пьют с наслаждением; слово это в наших книгах постоянно и означает питьё бессмертия.
Выходит, что даже в этом месте, где отрицается всякое различение, предел описан через питьё — а питьё требует пьющего. Мы отмечали это уже не раз, и повторяю не для спора, а потому, что случай особенно наглядный: строка, спрашивающая «что принять?», сама описывает предел как то, что принимают внутрь.
Вайшнавское чтение из этого не делает победного вывода, а лишь замечает: язык этой словесности неизменно тянет к отношению, как бы учение ни тянуло от него. И когда сочинителю надо сказать, каково там хорошо, он говорит «нектар»; а нектар без пьющего есть просто жидкость, о которой некому сказать, что она сладка.