Субхадра
कथम् इन्दीवरश्यामं सुदंष्ट्रं चारुलोचनम् ॥
मुखं ते दृश्यते वत्स गुण्ठितं रणरेणुना ॥
नूनं शूरं निपतितं त्वां पश्यन्त्य् अनिवर्तिनम् ॥
सुशिरोग्रीवबाह्वंसं व्यूढोरस्कं निरूदरम् ॥
चारूपचितसर्वाङ्गं स्वक्षं शस्त्रक्षताचितम् ॥
भूतानि त्वा निरीक्षन्ते नूनं चन्द्रम् इवोदितम् ॥
katham indīvaraśyāmaṃ sudaṃṣṭraṃ cārulocanam ||
mukhaṃ te dṛśyate vatsa guṇṭhitaṃ raṇareṇunā ||
nūnaṃ śūraṃ nipatitaṃ tvāṃ paśyanty anivartinam ||
suśirogrīvabāhvaṃsaṃ vyūḍhoraskaṃ nirūdaram ||
cārūpacitasarvāṅgaṃ svakṣaṃ śastrakṣatācitam ||
bhūtāni tvā nirīkṣante nūnaṃ candram ivoditam ||
«Как [теперь] видится лицо твоё, дитя, — тёмное, словно синий лотос, с прекрасными зубами, дивноокое, — окутанное прахом битвы? Верно, павшего храбреца, не отступавшего, тебя видят: с прекрасными головою, шеей, руками и плечами, широкогрудого, с поджарым станом, со всеми членами складно сложёнными, ясноокого, усыпанного ранами, — на тебя взирают существа, как на взошедшую луну».
a912bdb655fa · опубликовано 19 июл. 2026 г., 15:36:52 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Мать рисует сына чертами лица и стана, как прежде рисовал отец, — но в её устах звучит особая нота: «guṇṭhitaṃ raṇareṇunā», «окутанное прахом битвы», лицо, что она омывала и целовала. Раны на теле — «śastrakṣatācitam» — она видит не как позор, а как венец: на павшего взирают, «candram iva uditam», как на взошедшую луну. Знаменательно, что и в поругании плоти мать прозревает свет. Стих учит, что любовь матери и в изувеченном теле сына видит красоту и святость, превращая раны в знаки доблести, а прах — в обрамление лунного лика.