Санджая
रुक्मध्वजो रुक्मपृष्ठं महद् विस्फार्य कार्मुकम् ॥
रुक्माङ्गदी रुक्मवर्मा रुक्मपुङ्खान् अवाकिरत् ॥
ततो ऽशीतिं शिनेः पौत्रः सायकान् कृतवर्मणे ॥
प्राहिणोत् त्वरया युक्तो द्रष्टुकामो धनंजयम् ॥
सो ऽतिविद्धो बलवता शत्रुणा शत्रुतापनः ॥
समकम्पत दुर्धर्षः क्षितिकम्पे यथाचलः ॥
rukmadhvajo rukmapṛṣṭhaṃ mahad visphārya kārmukam ||
rukmāṅgadī rukmavarmā rukmapuṅkhān avākirat ||
tato 'śītiṃ śineḥ pautraḥ sāyakān kṛtavarmaṇe ||
prāhiṇot tvarayā yukto draṣṭukāmo dhanaṃjayam ||
so 'tividdho balavatā śatruṇā śatrutāpanaḥ ||
samakampata durdharṣaḥ kṣitikampe yathācalaḥ ||
Златознамённый, [в] золотых наручах, [в] золотой броне [Критаварман], натянув большой златоспинный лук, рассыпал златооперённые [стрелы]. Затем внук Шини, [со] спешкою соединённый, желая видеть Дхананджаю, выслал восемьдесят стрел [в] Критавармана. Он, мучитель врагов, сильно пронзённый могучим врагом, содрогнулся, неодолимый, как гора при землетрясении.
5c91145e894b · опубликовано 19 июл. 2026 г., 16:08:02 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Сердце Сатьяки и в бою устремлено к одному — «draṣṭukāmo dhanaṃjayam», к свиданию с Арджуною; Критаварман для него лишь преграда на пути любви. Знаменательно, что движет им не жажда битвы, а тоска по другу. Стих учит, что подлинная доблесть рождается из любви, а не из воинственности: воин, чьё сердце спешит к дорогому, разит грознее всех, ибо сражается не ради славы боя, а чтобы скорее быть с тем, кого любит.