Санджая
संजातरुधिरश् चाजौ सात्वतेषुभिर् अर्दितः ॥
प्रचलन् धनुर् उत्सृज्य न्यपतत् स्यन्दनोत्तमे ॥
स सिंहदंष्ट्रो जानुभ्याम् आपन्नो ऽमितविक्रमः ॥
शरार्दितः सात्यकिना रथोपस्थे नरर्षभः ॥
सहस्रबाहोः सदृशम् अक्षोभ्यम् इव सागरम् ॥
निवार्य कृतवर्माणं सात्यकिः प्रययौ ततः ॥
saṃjātarudhiraś cājau sātvateṣubhir arditaḥ ||
pracalan dhanur utsṛjya nyapatat syandanottame ||
sa siṃhadaṃṣṭro jānubhyām āpanno 'mitavikramaḥ ||
śarārditaḥ sātyakinā rathopasthe nararṣabhaḥ ||
sahasrabāhoḥ sadṛśam akṣobhyam iva sāgaram ||
nivārya kṛtavarmāṇaṃ sātyakiḥ prayayau tataḥ ||
И, истекающий кровью в битве, измученный стрелами Сатваты, шатаясь, выронив лук, [Критаварман] осел [на] лучшей колеснице. Он, [с] львиными клыками, безмерной доблести, израненный стрелами Сатьяки, пал [на] колени [на] площадке колесницы, муж-бык. Сдержав Критавармана, тысячерукому [Картавирье] подобного, словно невозмутимый океан, Сатьяки двинулся затем.
b3da4d8c9d03 · опубликовано 19 июл. 2026 г., 16:08:02 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Сатьяки уподоблен «akṣobhyam iva sāgaram», невозмутимому океану, и тысячерукому Картавирье: безмерная, спокойная мощь. Сдержав грозного Критавармана, он, не задерживаясь, идёт дальше — к Арджуне. Знаменательно, что и величайшую победу он не считает целью, а лишь пройденным препятствием. Стих учит, что устремлённый к высшему не пленяется одолениями на пути: для того, чьё сердце отдано главному, всякая победа — лишь шаг, и он идёт дальше, не оборачиваясь на поверженного.